Исландская карта. Русский аркан

При переключениях передач – иное дело. Но и в этом случае ключ будет сбит, только лишь если его заденет вон та самая большая шестерня на скользящем валу. При каком единственном условии это может случиться?

Прищурив глаз, Розен водил пальцем над хитрым механизмом – соображал, какие шестерни придут в движение.

– Гм. Я, конечно, не инженер и не техник, но, пожалуй, скажу. Это случится при переключении редуктора на максимальное передаточное число. Иными словами, при команде «самый полный вперед» и, разумеется, полном давлении в котлах, без которого такая команда немыслима.

– Именно. Ключ будет сброшен в механизм действием самого механизма. Зубья шестерен и без того работают с очень большой нагрузкой, а при попадании постороннего предмета они наверняка поломаются. Вот вам и «дестроу экскрикшнс». Корвет лишится хода как раз тогда, когда от скорости будет зависеть все. В самом благоприятном для нас случае выйдет из строя одна лишь высшая передача, но ведь тут что в лоб, что по лбу. Встретившись с превосходящим противником, «Победослав» не сможет развить предельную скорость.

– Но сможет драться, – возразил Розен.

– Да, какое-то время сможет. Но в конце концов… Вы ведь военный человек, вам не надо объяснять, что будет «в конце концов»?

– Не надо, – мрачно признал Розен.

– То-то и оно. Негодяй все рассчитал. «Самый полный вперед» может понадобиться нам лишь в бою или, от крайности, при сильнейшем шторме. Заметьте, во время минувшего шторма редуктор из строя не выходил. Следовательно, покушение на диверсию было осуществлено позднее. Ремонт машины оказался для нашего противника как нельзя более кстати. Он стащил у Аврамова пластырь и с его помощью прикрепил гаечный ключ к крышке редуктора с внутренней стороны. Шито-крыто и, главное, безнаказанно. Это вам не песочек в подшипниках. Дальнейшее ясно и ребенку: нас атакуют исландцы, каперанг командует «самый полный вперед» – и готово, извольте принимать неравный бой на дохлом парусном ходу. В храбрости экипажа и ваших морпехов я не сомневаюсь – как, увы, и в исходе боя. С точки зрения нашего противника, не менее существенно и другое обстоятельство: во время боя нам будет не до поиска виновного.

– Он что, самоубийца, этот Иванов? Рассчитывает в безнадежном бою остаться жив?

– Как знать, – уклончиво ответил Лопухин. – Риск велик, конечно. Однако проще простого покинуть корвет, имитировав случайное падение за борт, как только станет чересчур жарко. На его месте я бы так и сделал. А перед этим вывел бы из строя командира, старшего офицера и вахтенного начальника. Для опытного профессионала это не составит большого труда.

По скулам полковника прокатились желваки, кривя страшный шрам.

– Удивительно легко вы об этом говорите.