Исландская карта. Русский аркан

Но ведь не для мести этим убогим рыбакам судно прошло уже шестьсот миль вдоль гренландских берегов! И все еще нет достойной цели!

На побережье Исландии достойных целей сколько угодно, но нет целей доступных. Соваться в пиратское гнездо с одним суденышком – самоубийство. Против Рейкьявика нужна эскадра, и то успех дела не гарантирован.

Неужели Кривцов прав, уверяя, что найденной на баркентине карте гренландского побережья можно полностью довериться? Виденная сегодня деревня на карте отмечена – вот она. Нанесена, между прочим, от руки.

Еще сутки хода, и откроется мыс Фарвель, крайняя южная точка Гренландии. На западном побережье этого несуразно огромного острова карта сулит с полдесятка относительно крупных поселений, забившихся в узкие заливы… может быть, пойти туда? Или попытать счастья на Ньюфаундленде?"

"Но есть чутье, и оно подсказывает: с картой что-то не так. Вот лист с Исландией, вот с Фарерскими островами, а вот и Шпицберген-Свальбард. На Шпицбергене вообще не обозначен поселок с шахтой «Сифри Стурлсон» и порт, а на Фарерах якобы всего-навсего две деревеньки.

Какое уж тут чутье! Это логика. Происхождение карты – английское, но в исландских владениях англичанам известно далеко не все. Что в первую очередь поспешит нанести на карту норманнский пират? Маршруты купеческих караванов, удобные бухты для засад, владения собратьев-конкурентов. А что он не станет наносить?

Во-первых, свои собственные базы – они ему известны. Во-вторых, то, что среди российских уголовников именуется словечком «общак» – тайные гавани, базы снабжения и ремонта, созданные и поддерживаемые в складчину, в некотором смысле имущество всей пиратской республики.

Те же шахты Шпицбергена – общак, причем доходный.

Карта показывает меньше, чем есть на самом деле. Отсюда следует лишь одно: надо и впредь тщательнейшим образом изучать берег, не лениться осматривать извилистые фиорды – где-то что-то должно быть.

А значит, приказание, отданное Кривцову по наитию, было правильным и в изменении не нуждается. Люди устали, но они потерпят. Русский человек умеет терпеть.

Как обычно, приняв решение, Лопухин ослабил узду для мыслей, и они поскакали вразброд.

Неизвестно по какой причине вспомнился несуществующий континент, выдуманный Харви Харвиссоном. Вот уж воистину: кого бог хочет наказать – лишает разума. Страшно подумать, во что на самом деле превратилась бы вымышленная Химерика, существуй она на самом деле в относительной дали от Европы и в приемлемом для европейцев климате. Как будто мало одной Австралии! Кое-кто уже кричит о ее экономическом чуде.