Исландская карта. Русский аркан

— Граф Лопухин, — учтиво поклонившись, представился незнакомец, проведенный камердинером на веранду. — Прибыл нынче с баркентиной «Святая Екатерина». Имею ли я честь беседовать с господином де Буа-Жубером, российским консулом?

Буа-Жубер ответил утвердительно. Затем спохватился, чуть наклонил голову, наметил привставание и предложил посетителю занять второй шезлонг. Ибо этот русский, хотя и весьма небрежно для графа одетый, в манерах был безукоризнен.

Но ходил, расставляя ноги, как бывалый моряк, каковым, конечно не был, да и вид имел усталый. Ясно без слов: только что сошел на берег после долгого и вряд ли очень комфортного плавания.

— Ви есть командовать над этот судно? — с трудом вспоминая проклятые русские слова, осведомился консул.

В ответ граф улыбнулся располагающей к себе улыбкой и ответствовал на безукоризненном французском:

— Нет, я не моряк. Однако, поскольку де-факто я являюсь начальником экспедиции, все вопросы прошу решать со мною.

— Уже есть вопросы? Например?

— Прежде всего, — заговорил русский, сразу беря быка за рога, — я уже извещен о том, что «Победослав» ушел нынче утром. К сожалению, при всем желании я не могу немедленно пуститься вдогонку. Припасы и вода у нас на исходе, угля нет вовсе, команда нуждается в отдыхе. Начальник порта, однако, отказывается принять «Святую Екатерину» более чем на сутки, мотивируя это тем, что у судна нет порта приписки. Но помилуйте, какой же может быть порт приписки у судна, отбитого у исландских пиратов? Не могли бы вы ходатайствовать перед губернатором о продлении стоянки до трех суток? За это время я рассчитываю управиться со всеми делами."

"Вдогонку «Победославу»? Отбитое у пиратов судно? Буа-Жубер потребовал объяснений и получил их. Просто удивительно, насколько этот русский умел выражаться лаконически. Весь рассказ не занял и трех минут.

— Следовательно, у вас, а равно и у вашей команды, не имеется ни документов, ни подтверждений этой… невероятной истории? — спросил консул.

— Только мое слово, — несколько суше, чем прежде, ответил граф.

— Нет-нет, я вам верю, конечно, — поспешил добавить Буа-Жубер. — Но как-то это, знаете ли…

— Непривычно?

— Благодарю вас. Вот именно непривычно.

— Поверьте, я не стал бы затруднять вас, однако обстоятельства складываются к большой для нас невыгоде. Больше всего на свете я хотел бы догнать «Победослав», но не могу этого сделать. Команде необходим хотя бы краткосрочный отдых. Нам нужен уголь, нужна вода, нужны припасы. По-видимому, судовой кассы не хватит, чтобы оплатить все, что нам потребно, и я вынужден обратиться к вам с просьбой о займе… разумеется, под хороший процент. У меня есть право действовать в подобных случаях от имени российского правительства.