Испорченный... (СИ)

— Придется, — мрачно сказал Вавилон. — Нам с ним нужно кое-что прояснить касательно тебя.

Глава 14. Точки

Жизнь меня многому научила.

Один из ее уроков — ко всему относиться проще. Паникой и, тем более, истерикой делу не поможешь.

Но все равно я очень сильно нервничала и пока сидела в машине Вавилона, постоянно ерзала. Вертелась. Смотрела то в одну, то в другую точку. Изредка поглядывала на альфу.

Примерно через пятнадцать минут машина остановилась на обочине пустующего района. Там уже стояло два автомобиля, около которых находилось двое альф.

Их я раньше несколько раз видела, поэтому узнала — Война и Чума.

Когда Вавилон вышел из машины, я последовала за ним, сразу ощутив на себе взгляды этих парней.

— По какому вопросу срочный сбор? — Чума, отвел от меня взгляд и кивнул Вавилону.

— Что тут делает это существо? — а вот Война все так же продолжал смотреть на меня и в его взгляде не было ничего хорошего.

— Знаешь его? — Чума опять обернулся ко мне, но смотрел с безразличием. Почему-то мне очень сильно запомнилась его бровь, разрезанная, старым, но глубоким шрамом.

— Подстилка Помпея. Сука, которая тащится по Смерти.

— Вижу, ты меня помнишь и все так же любишь. Это взаимно, — я подняла средний палец и показала его Войне.

Я слышала, что когда-то давно, во время лидерства Империи, Война, Чума, Голод и Смерть были одним целым. Мне в это поверить трудно, так как сколько я их помню, Война с Чумой, которые теперь служили Вавилону, и Смерть с Голодом, подчиняющиеся Помпею, очень сильно враждовали.

Особенно это касалось Войны и Смерти. Они друг друга терпеть не могли.

Пару лет назад я с Войной сцепилась из-за этого. Да и так сильно, что, у меня от ярости рассудок помутнел и, прежде чем я поняла, что делала, меня отрывали от Войны, в то время, как я зубами вцепилась в его руку.

Вообще я не кусаюсь.

Это не по-мужски.

Но с Войной что-то пошло не по плану.

В этом всем был один крошечный плюс. Война тогда охренел от того, что какой-то мелкий пацан вцепился в него зубами, из-за чего не успел мне ничего сделать. Хотя он мог прибить меня одним ударом.

Зато он запомнил меня, но с тех пор называет Сукой. Это намек на то, что я поступила, как девка.

Ну, простите. Я и есть девушка.

Тем более, стоило мне посмотреть на руку Войны, на которой до сих пор виднелись шрамы от моих зубов, как на душе тут же становилось теплее. Я ни о чем не сожалела.

Я, черт возьми, терпеть не могла Войну и, когда он пошел в мою сторону, с явным намерением сломать мне руку, которой я показала ему непристойный жест, я не сдвинулась с места. Сама сжала ладони в кулаки.

Вот только, Вавилон встал впереди меня. Закрыл собой. Мне даже показалось, что на улице стало темнее и сам альфа будто бы превратился в жесткого зверя.

— Не трогай его.