Исповедь проститутки

Как это мерзко, низко и противно. Противно так, что даже тошнота подступила к горлу и хочется блевать от его вежливости и заботы.

«Интересно, сколько же он оставил на этот раз своей «гетере» и «куртизанке»? – подумала я и протянула руку к деньгам.

Я пересчитала – ровно тысяча.

– Какой щедрый! – сказала я вслух и уронила деньги перед собой. – Вот она, плата за твою любовь, София.

По щекам скатились две горячие слезы. В это время подошла Ксюша и, увидев слёзы в моих глазах, забеспокоилась:

– Ты чего, Софи? Чего ты плачешь? Он что, не заплатил тебе?

– Нет, как раз заплатил, даже вдвое больше, чем обычно.

Его щедрость не знает границ, – с горечью сказала я.

– Что же тогда? – гадала Ксюша. – Он тебя ударил?

– Нет, но лучше бы ударил.

– Ничего не пойму, – сказала Ксюша. – Заплатил тебе целую кучу денег. Да мы в клубе столько и за полмесяца не зарабатываем. Такие деньжищи! Что не так?

Я утёрла слёзы, проглотила ком и сказала:

– Ничего, всё так, моя милая Ксюша. Всё так. Просто я, кажется, люблю Витю, а он воспринимает меня только как проститутку.

– Ну, нашла, из-за чего плакать, – беспечно сказала Ксюша. – Любишь, ну и люби себе на здоровье.

Ведь он же не бросает тебя, вот и встречайся с ним. А там, глядишь, и проникнется.

– Ксюша! – не выдержала я. – Ты себя слышишь? Что ты такое говоришь? Я хочу, чтобы он любил меня, а не платил за секс. Ты улавливаешь разницу?!

Ксюша растерянно смотрела на меня. Иногда она-таки оправдывала цвет своих волос и общее мнение о «блондинках».

– Прости, может, я что-то не то сказала, – извинилась Ксюша, – но я тоже люблю своего Игорька, и он меня. И я просто не делаю трагедии из наших сложившихся отношений. Ну, подумаешь, снял он меня в стрип-клубе.

Ну, подумаешь, платит мне за секс. Ну и что из этого? Ровным счётом ничего! Зато он обожает меня, души во мне не чает, жить без меня не может. А кто запретил проституткам любить и быть счастливыми?

– Я не проститутка! – крикнула я и вскочила с кровати. Я надела халат и поспешила в ванную, чтобы скорее смыть с себя этот мерзкий, зловонный налёт, покрывший, казалось, тонким слоем всё моё тело.

Но облегчение пришло лишь отчасти. С кожи-то я смыла ощущение грязи, а вот в душе та же грязь легла плотным слоем, и соскрести её не было возможности.

Стоя под тёплым душем, я плакала и проклинала тот день, когда встретила Виктора и влюбилась в него, как идиотка, чуть ли не с первого взгляда. Работала себе спокойно, танцевала стриптиз за деньги, шла к своей цели. Да, у меня была цель, мечта. А теперь всё смешалось и запуталось. Я уже не знала, хочу ли я всё ещё стать супер-моделью, или это вообще не имеет ни малейшего значения в моей жизни. Я уже вообще ничего не знала и не понимала."

"Выплакав немного свою обиду, я вышла из ванной и прошла в кухню.