Испытание Кассандры
Кассандра Чемберлен всегда выделялась среди других. Это не очень трудно с ее ростом в 185 см и 75 кг, с черными волосами и голубыми глазами, похожими на сапфиры. И если этого было недостаточно, она также блестяще закончила Гарвард в пятнадцать лет, преподавала в Массачусетском технологическом институте в девятнадцать и получила престижную премию Магеллана в двадцать пять. Но она никуда не вписывалась. Ни со сверстниками, ни с теми, кто был старше или моложе ее, только с семьей. Но все меняется, когда на Землю нападают, а Кассандра и ее племянница Виктория оказываются единственными выжившими. И вот самая умная женщина на планете вынуждена переучиваться. Все, что она считала правдой, поддается сомнению, теперь она должна научиться выживать не только для себя, но и для Виктории, потому что кто-то хочет их смерти.Адмирал Уильям Зафар — самый молодой адмирал во флоте Коалиции, герой Битвы при Файале. Будучи сильным мужчиной-каринианцем, в 215 см и 145 кг, в самом расцвете сил, его боятся и уважают во всем флоте. Он служит в Подразделении Безопасности Королевства, носит его отличие и считает своего короля одним из давних друзей.Но когда мятежники уничтожают ранее неизвестную планету, оставив только двух выживших, он понимает, что готов рискнуть всем, чтобы защитить женщину, которую любит, и от мятежников, и от предателя Кариниана, который хочет ее смерти.
— Она права. Хуту бы этого не сделал. Ни с Викторией, ни с кем-то другим. Мы что-то упустили.
— Не хотели бы вы сами его допросить, адмирал? — жестко сказал Куинн.
— Возможно, я хочу сам разобраться с Хуту, — он посмотрел на Кассандру. — Я выйду через минуту, Куинн.
— Да, сэр.
— Кассандра, мне надо ненадолго уйти.
— Я знаю. Все в порядке, — она встала и повернулась к Уильяму, все еще не выпуская руку Тори. Протянув другую, она коснулась его щеки.
— Время побыть адмиралом. Все будет хорошо, — Уильям наклонился, чтобы нежно ее поцеловать.
— У двери будет охранник. Никто не войдет, — она кивнула.
— Уильям, — Кассандра сделала глубокий вдох. — Ты должен дать знать Лукасу, — он понял, что забыл о своем сыне и его связи с Тори.
— Я дам ему знать.
— Ладно, — присев обратно, она обратила все свое внимание к Тори.
* * *Никто из них не сказал ни слова, пока они шли по коридорам «Возмездие» к каютам адмирала. Оказавшись внутри, Уильям направился к коммуникационной консоли.
— Закрыть дверь. Центр связи, найти немедленно лейтенанта Лукаса Зафара! Я жду, — адмирал нетерпеливо постукивал пальцами по столу, пока ждал.
— Зафар здесь, — вышел на линию Лукас.
— Где ты?
— Папа? Я на палубе «G». Что случилось?
— Отправляйся немедленно в медчасть, Виктория была отравлена Ксиприном. Кассандра там. Все не очень хорошо, Лукас, — Уильяму нужно было подготовить сына.
— Что?! — Уильям мог слышать надрыв в голосе своего сына.
— Лукас, ты должен держаться. Иначе ты не поможешь никому из них.
— Да, сэр, — Лукас отключился. Куинн подождал, пока адмирал сложит гарнитуру.
— Какого черта здесь происходит, Уилл?! Разрушение планет, нить слежения, предатели на Кариниане. А теперь отравление ребенка? И ты спишь с какой-то женщиной, пока мы в туре?
— Будь осторожен, Куинн, будь очень осторожен со словами, — в голосе Уильяма звучала едва сдерживаемая ярость.
— Это ведь не похоже на то, что она твоя спутница жизни или… — Куинн отшатнулся. — Она, что? Нет, такого не может быть, она ведь не из Кариниана.
— А есть какое-то правило об этом? — Уилл поднял бровь.
— Ну, нет, но… Вы… ты уверен? — Уильям просто смотрел на Куинна. — Конечно ты уверен. В противном случае ты б не ввязался во все это в туре. Какой ужас, — он сел. Уильям протянул руку в тот же ящик, что и его сын накануне, и вытащил два стакана и бутылку. Налил в оба, один протянул Куинну.
— Что ты собираешься делать? — спросил Куинн, сделав глоток.
— Я собираюсь защищать то, что принадлежит мне, пока не узнаю, кто предает Коалицию.
— Ты понимаешь, что они часть этого? Нить была в Виктории. Она была отравлена.
— Я не верю, что яд предназначался Виктории, и как только Кассандра остынет, она тоже это поймет, — Уильям выпил.
— Она цель? Причина?
— Я не знаю, но она права, Куинн.














