Исступление

Только в глазах горит чёрное пламя. — Но…

— Думала, значит?

— Да… Я была уверена. Мне сказали врачи, — свой голос не узнаю совершенно. Словно вместо меня говорит кто-то другой.

— Вот как? А что сейчас врачи говорят? — пальцы в волосах замерли, надавили на затылок, приближая меня к Марату. Я сама не заметила, как начала пятиться назад.

— Говорят… — опустила взгляд на его грудь. Она вздрагивала от сильных ударов сердца. Казалось, я даже слышу их. — Говорят, что так бывает. С мужем у нас была несовместимость, а смена партнёра поспособствовала…

— Где снимки?

— Что? — Снимки… Ах, да. Снимки.

— Снимки. Ты ведь была у врача? Я хочу видеть ребёнка, — заметно невооружённым взглядом, что он еле сдерживается. Надеялась, это не порыв свернуть мне шею.

Но если быть честной, как долго я смогла бы скрывать свою беременность? И удалось ли бы мне сбежать? Он должен был узнать. Это неизбежно.

— В сумке.

— Давай сюда, — резко убрал руку, и я почувствовала неприятный холод в затылке.

Застегнул штаны, поправил рубашку. При этом не прекратил буравить меня тяжёлым взглядом.

— Сумка там… В гостиной. Можно я схожу за ней?

Сейчас мне казалось благоразумным — не злить его ещё больше. Не вывести из себя каким-нибудь неосторожным движением. Это как в клетке со зверем. Ты видишь его, чувствуешь его ярость и понимаешь, что одна ошибка может стоить жизни. Ещё полчаса назад я была уверена, что он не причинит мне вреда, а теперь тонула в чёрной пустоте его глаз и безумно боялась её.

— Я сам схожу. Сядь, — минуя меня, пошёл к двери. Резко распахнув её, буквально вылетел из комнаты, словно ему здесь нечем стало дышать. Точно такое же чувство испытывала и я.

Внизу всё вибрировало от жёсткого секса, и я вдруг ощутила какую-то неприятную пульсацию в животе. Тут же резкая боль заставила вскрикнуть и рухнуть на дрожащие колени. Вспышка, за ней ещё одна, и вот я уже скрючиваюсь в позе эмбриона."

"— Нет… Только не это… Пожалуйста, нет! — шептала в пустоту, прижимая вспотевшие ладони к животу и тихо выла от осознания, что я теряю своего малыша. Если маленький комочек счастья во мне погаснет, то и меня не станет. Я не перенесу этого.

Я падала на пол безумно долго. Так, словно летела в бездну. Бездну глаз Варвара.

* * *Отыскав сумку Снежаны, открыл её, бездумно уставился на содержимое. Помады, кошелёк, детские игрушки, какие-то нитки. Полная сумка всякой бесполезной хуйни.

В глаза бросилась погремушка для младенцев и где-то в грудине провернули кол. Начался жёсткий откат. И осознание.

Марат верил ей. Знал, что лгать о беременности ей нет резона. Вопрос: врала ли она раньше? Судя по записям в её медицинской карте, Снежана действительно длительное время пила гормональные препараты, и ей поставили диагноз «первичное бесплодие».