Исступление

— Может, объяснишь мне, что с тобой происходит?

Марат поморщился. Только этого ему сейчас не хватало. И так изо дня в день на грани балансирует.

— Всё нормально, отец. Я же сказал, дела у меня в этом районе. Не вижу смысла арендовать дом. На это уйдёт больше времени. А тот дом… Я не могу там находиться. Пришло время отменить своё наказание. Достаточно.

Мужчина задумчиво кивнул и, заложив руки за спину, подошёл к окну.

— Насчет наказания, это ты, конечно, правильно решил. Но как ты объяснишь слухи, дошедшие аж до меня? Это правда, что ты отходишь от дел?

— Да.

Склонив голову, отец замер. О чём-то задумался. В принципе, не сложно догадаться, о чём именно.

— Так, значит, и то, что ты бросаешь всё ради какой-то шлюхи — тоже правда?

Марата затрясло. Заколотило. В глазах от ярости потемнело.

— Она не шлюха, — процедил сквозь зубы и, встретившись взглядом с отцом, впервые не отвёл его в сторону. — Слышишь? Не называй её так.

Прищурился, подошёл к Марату вплотную и, положив ладонь ему на затылок, надавил. Прижался лбом ко лбу, и в глазах родителя полыхнуло пламя.

— Марат Хаджиев не может бросить всё из-за одной бабы. Она ничто. И ты не посмеешь поставить под удар нас всех только из-за того, что тобой управляет твой член. Какой бы сладкой ни была её промежность, она не стоит тех ошибок, что ты хочешь совершить. И поэтому ты женишься. Женишься в течение недели, Марат. Шлюх может быть сколько угодно. Но семейное дело рушить? Ставить под угрозу свою жизнь и жизни твоей семьи? Этого не будет.

— Нет, отец, — отшатнулся от него. — Нет.

— Да, Марат. Ты женишься. На той, которую я тебе привёз. Это мой приказ. Моё слово. Ты не смеешь меня ослушаться.

* * *Выпив ромашкового чаю, ещё раз проверила Виталика и, забравшись в постель, открыла книгу. Честно говоря, даже не помнила её названия, но, чтобы отвлечься — самое оно. Какая-то мега сопливая история о мега нереальной любви. В жизни так не бывает. По крайней мере, у меня. Но помечтать-то можно.

В очередной главе главный герой читал героине стихи на крыше под звездами, а та тихо млела, глядя на своего возлюбленного. В общем-то, красиво, но так банально, что аж тошно. Хотя, не исключено, что я просто завидовала.

Захлопнув книжку, отложила её в сторону и прислушалась к дыханию сына. Вроде всё нормально. Но вот что-то не давало покоя. Какое-то гадкое, пугающее предчувствие. И я не ошиблась.

Около полуночи, когда мне, наконец, удалось задремать, снова раздался стук. На сей раз более настойчивый и громкий. Нет, это уже не смешно! Прикрыла дверь в спальню, чтобы не разбудить Виталика, направилась ко входной с полной уверенностью высказать настырному соседу всё, что о нём думала, причём не в мягкой форме.