Истинная для дракона. Противостояние

Смуглая кожа, темные волосы, сеточка мелких морщинок в уголках глаз — все это показалось таким родным. В груди задрожало тепло, будто кто-то разжег спящий костер — ощущение такое невероятное, что у меня перехватило дыхание. Меня не мучали кошмары, не преследовал зверь, было спокойно, будто никуда не нужно было бежать, защищаться. Будто все было позади. Я коснулась пальцами короткой щетины на его щеке, и его губы дрогнули.

— Мира…

Рука взметнулась ко мне, но меня рвануло в темноту…

Я открыла глаза, первые секунды не понимая где я. Вроде только что была где-то далеко. Необычное чувство умиротворения…

Не этого я ждала. После того, что случилось вчера, думала — не смогу и глаз открыть, чтобы не погрузиться в кошмар. Внутренний зверь притих, хотя теперь мог позволить себе поспать подольше, на год вперед выполнив норму по выражению неприязни.

Я осторожно перевернулась на бок, и Аршад глубоко вздохнул, не желая выпускать меня из рук. На плечах Джинна кровью набухли повязки.

— Нужно сменить бинты, Повелитель… — прошептала, вглядываясь в его лицо.

Уголки губ Джинна дрогнули:

— Мне нужна ты, — он открыл глаза.

Никогда еще я не прижималась к нему сама, сдаваясь без боя, желая ощутить его как можно ближе. Чтобы не отпускал, не отдавал меня зверю. Он ведь смог вчера справиться с ним, значит сможет и впредь. Надо только смириться со всем остальным… И я буду смиряться. Потому что спокойствие этого утра было все, что мне нужно!"

"— Майрин, — горячие ладони сжались на груди, воздух привычно выжгло в эпицентре его желания, и тело послушно покрылось испариной. Я выгнулась, вжимаясь в его бедра теснее, и Аршад шумно выдохнул. — Выйдешь за меня?

— Выйду, — всхлипнула я. Куда мне теперь от него деться, если я — бомба замедленного действия? — Только не отдавай меня зверю…

— Не отдам, — решительно прорычал он и смял губы голодным поцелуем. — Только впусти, прими меня…

Я закрыла глаза… и отдалась ему полностью. По крайней мере, очень старалась. Аршад целовал губы, шею, требуя отклика. Чувственные ласки привычно обжигали, аромат кожи Аршада с примесью запаха крови, наконец, избавил от душевных метаний, я обвила его бедра, требуя всего и сразу:

— Пожалуйста, — простонала, выгибаясь. — Хочу тебя…

Но Аршад схватил за волосы:

— Посмотри на меня, — потребовал жестко. — Смотри на меня… Я тебя трахаю. Ты — моя! И ничья больше. Тебе ясно?..

Я не смогла ответить. Веки так и норовили дрогнуть, пока его большой член рывками толкался все глубже, но он держал взглядом, сжимая пальцы на затылке.

— …Ты будешь моей? — прошипел сквозь зубы.

— Да… — выдохнула еле слышно и вскрикнула, когда он рывком заполнил меня.

— Не слышу!

— Да!

Он вжал меня в кровать, оживляя нашу привычную агонию, вдыхая в нее пламя.