Ненужная жена. Хозяйка постоялого двора

Усталость? Страх?

— Ты не понимаешь, — говорит она, и в её голосе нет привычной колкости. — Ты даже представить не можешь, каково это — терять тех, кого любишь, из-за... из-за их природы.

Я моргаю, пытаясь осмыслить её слова. О ком она говорит? Настоящая Элена знала? Будет слишком опрометчиво спросить напрямую?

— Расскажите мне, — говорю я внезапно, даже для себя самой неожиданно.

Майгара смотрит на меня с подозрением, словно ищет подвох.

— Зачем? Чтобы посмеяться над глупой старухой?

— Нет, — качаю головой. — Чтобы понять вас, Кристарда и своего сына.

Она молчит так долго, что я уже думаю, разговор окончен. Но потом она начинает говорить — тихо, отрывисто, будто каждое слово причиняет ей боль.

— Ариан, отец Кристарда, был... особенным. Как и твой муж. Я встретила его, когда была немногим старше тебя. Он казался идеальным — сильный, умный, с глубокими синими глазами, что смотрели прямо в душу. Он предупреждал меня, что наша любовь принесёт проблемы. Но я была молода и влюблена. И самонадеянна — думала, что наши чувства сильнее всех препятствий. А потом зажглась метка.

Она замолкает, вглядываясь в темноту подвала, словно видит там своё прошлое.

— Когда родился Кристард, всё изменилось. Ариан стал... отдаляться. А потом... потом его не стало.

— Что случилось? — спрашиваю я, не в силах скрыть волнение.

— Тёмные случились, — отвечает Майгара, и её голос становится жёстким. — Ариан говорил, что не может оставаться в стороне, когда гибнут невинные. Что его огонь может спасти сотни жизней. И он был прав... кроме одной жизни. Своей.

— Вы боитесь потерять сына так же, как мужа, — произношу я, и это не вопрос.

Майгара кивает, и я вижу в уголках её глаз влагу, которую она торопливо смахивает.

— Ариан был старше, опытнее, но даже это не спасло его. Кристард унаследовал от отца не только глаза и природу. Он унаследовал его упрямство и стремление защищать. И это пугает меня больше всего.

— Меня тоже, — признаюсь я шёпотом, и внезапно чувствую, как рука Майгары — сухая, но удивительно тёплая — накрывает мою.

— Возможно, я была неправа насчёт тебя, Элена. Возможно, вы с Кристардом сильнее, чем мы с Арианом.

Я открываю рот, чтобы ответить, но в этот момент подвал сотрясается от глухого удара. Звук напоминает падение чего-то огромного. Пыль сыплется с потолка, люди вскрикивают, дети начинают плакать.

— Что это? — шепчет женщина в другом конце подвала, прижимая к себе маленькую девочку.

— Может, стена обрушилась? — предполагает седой мужчина, бывший кузнец.

— Или дерево упало, — добавляет кто-то ещё.

Но я знаю — внутренним, необъяснимым чутьём — что это что-то более страшное. Встаю, передавая Кселарона Майгаре, которая смотрит на меня с тревогой.