Ненужная жена. Хозяйка постоялого двора

— О, ты испачкался? — догадываюсь я. — Сейчас мы с тобой…

— Нет, — обрывает Кристард. — На этом всё. Можешь идти.

— Но…— прижимаю сына к груди, не желая отпускать. — Пожалуйста, я только переодену его...

— Я сказал – нет, — его голос становится жёстким. — Его бабушка справится, она здесь для этого. Ты свободна.

Будто по команде в комнату входит Майгара. Она снова успела переодеться, неизменен только её взгляд в отношении меня, остался таким же холодным.

Дрожащими руками передаю ребёнка вошедшей женщине. Кселарон начинает плакать, и каждый его всхлип отдаётся болью в сердце.

— До свидания, маленький, — шепчу, борясь с подступающими слезами. — Я люблю тебя.

Выхожу из комнаты, еле держась на ногах. В ушах всё ещё звенит детский плач. Прислоняюсь к стене, пытаясь восстановить дыхание.

Нужно вернуться к работе. Сосредоточиться на делах. Не думать о том, как пахнут его волосики, какой тёплый он был в моих руках, как отчаянно не хотелось его отпускать...

Но вместо этого я сползаю по стене и обхватываю колени руками.

Нужно подняться. Вытереть слёзы. Расправить плечи. И справиться.

Я должна. Ради него.

Глава 23. Кристард Деролон

— Да, Ваше Величество. Я всё понял. Будет исполнено, — киваю, хотя собеседник через кристалл связи не может этого видеть. За стеной в соседней комнате надрывается Кселарон, и каждый его крик отдаётся в висках острой болью.

Наконец, Лианор прощается со мной. Тру переносицу, пытаясь собраться с мыслями. Злит то, что у меня недостаточно информации, что эта командировка рискует затянуться.

С одной стороны хорошо. Мало прецедентов — значит мало жертв, но, к сожалению, основная часть информации собирается на анализе трагедий.

Стоит попробовать организовать что-то подобное, но в контролируемой и максимально безопасной среде. Чтобы и данные собрать, и человека не потерять. Нужно выбрать кого-то из солдат.

Я бы и сам пошёл, но увы, эти твари чувствуют жар драконьей крови и не приближаться. Основная их масса, разумеется.

Плач становится громче – невыносимо. Что там делает мать? Встаю, с кресла и быстрым шагом направляюсь в соседнюю комнату.

— Ну же, перестань! Какой капризный мальчишка! — голос матери звенит от раздражения. Кселарон, красный от крика, извивается у неё на руках.

— Дай его мне.

Мать с явным облегчением передаёт ребёнка.

Прижимаю сына к груди, и он почти сразу затихает. Маленькие пальчики цепляются за мой камзол, влажное от слёз личико утыкается в шею. Что-то сжимается внутри от этого доверчивого жеста.

— Ну вот, опять, — мать раздражённо поправляет причёску. — Совершенно избалованный ребёнок. Это всё твоя жена потакала ему во всём, теперь он и минуты не может провести без няньки.

— Мама, – вздыхаю, покачивая притихшего Кселарона.