Ненужная жена. Хозяйка постоялого двора

Медленно, стараясь не создавать ни малейшего всплеска, погружаюсь в воду по самый подбородок."

"Горячие струи обволакивают тело, но я едва замечаю их жар – всё моё внимание сосредоточено на звуках за перегородкой. Плеск воды, когда мужчины входят в источник. Задерживаю дыхание. Насколько долго они собираются здесь оставаться? Вода продолжает бурлить вокруг меня, и её тепло постепенно превращается в испытание. Или это напряжение так действует? По вискам стекают капли.

Я не смею пошевелиться. Каждое движение может выдать моё присутствие, и тогда... Нет, даже думать не хочу, что будет тогда. Представляю, как он войдёт сюда, увидит меня такой... От этой мысли внутри всё сжимается, и я не могу понять, от страха или от чего-то другого.

Боже, пусть они уйдут поскорее. Пусть что-нибудь отвлечёт их, позовёт прочь отсюда. Я готова молиться всем известным божествам, лишь бы выбраться из этой ситуации незамеченной.

А может... может, стоит просто показаться? В конце концов, чего я испугалась? Я же не делаю ничего плохого. Он не запрещал мне посещать источники. Объяснить всё? Но как объяснить своё присутствие? То, что пряталась? Нет, это только ухудшит положение. Остаётся ждать и надеяться, что они не останутся надолго.

Вода продолжает бурлить вокруг меня, а я застыла, словно статуя, боясь пошевелиться. И всё это время я остро, мучительно осознаю, как близко находится Кристард. Всего в нескольких шагах, за тонкой каменной перегородкой...

— Ну и как тебе семейная жизнь, о великий и ужасный? — хмыкает незнакомый мужчина, обращаясь к моему мужу. — Говорят, твоя молодая жена — та ещё заноза. Что ты такого натворил, что она рванула от тебя в лес к волкам?

— Не твоё дело, — холодно отвечает Кристард. В его голосе слышится раздражение, от которого у меня по спине бегут мурашки.

— О, да брось! Я же видел, как ты на неё смотрел на церемонии. Даже твоё каменное сердце...

— Тарос! — в голосе мужа появляются опасные нотки. — Мы здесь не для этого.

Вода плещется – кажется, Кристард резко сменил позу. Я вжимаюсь в угол ещё сильнее, хотя куда уж больше.

— Ладно-ладно, — со смехом отвечает Тарос. — Давай о делах. Расскажи мне ещё раз про Рильду. Тени среди бела дня — это... необычно.

Сердце пропускает удар. Собираются обсуждать случившееся?

— Они были практически у границы, — голос Кристарда становится деловым, жёстким. — День тоже оказался пасмурным. Может в этом дело?

— Но раньше такого не было, — возражает Тарос. — Тени — проблема сумерек или ночи. Как мы думали. Эридан думает, что тёмные что-то замышляют, но он параноик, ему можно. Мне же кажется, что мы просто ошиблись с условиями, при которых они активны.

— Или возможны оба этих варианта и что-то сверху.

— Да ты оптимист, — смеётся Тарос, а после его голос впервые звучит серьёзно.