Истинная для Мира

Образчик стиля… Ухоженно-уложенная, в отличие от пассии Кирилла, дама невысокого роста с пронзительным острым взглядом, который она бесцеремонно вогнала в меня, едва завидев. Мир ограничился коротким кивком, остальные замерли, и даже дети вжали головы в плечи.

— Аня… — начал он, но женщина сразу взвилась:

— А не наоборот?! — помада явила десятки трещинок-морщинок вокруг губ, стоило ей ехидно усмехнуться, а я еле сдержалась, чтобы не поморщиться.

— Аня, — повторил Мир хладнокровно, глядя исключительно на меня, и, тяжело вздохнув, продолжил: — Это — Ольга Михайловна, глава семьи.

— Его мать, — добавила женщина.

Мир отчетливо скрипнул зубами.

— Аня, — представилась я, но протягивать руку не стала. Обозначать свой статус тоже не решилась, хотя с губ рвалось «предмет договора».

Ольга Михайловна закивала, бесцеремонно осматривая меня.

— Значит, истинная, — заключила она.

Я вдруг почувствовала, как Мир принялся исследовать мою ладонь в своей руке, оглаживая большим пальцем выпирающие костяшки, при этом не спуская равнодушного взгляда с матери.

— Вы удостоверились? — обернулась та к Кириллу.

— Я удостоверился сразу же, — ответил за брата Мирослав, не повышая голоса, но тоном, исключающим любое игнорирование. — Аня — моя истинная.

— Посмотрим, — ехидно оскалилась Ольга Михайловна. — Ты ведь перевезешь ее сюда?

— Нет.

— Мир, она не знает, как соответствовать… — начала она, но даже я уже знала, что прозвучит в ответ.

— Нет, — отрезал Мир и обернулся к брату: — Кир, жду тебя в девять.

И увлек меня за собой к выходу. Даже сидя в машине, он продолжал сжимать мою руку.

— Не успела узнать имя жены Кирилла…

— Мария, — желваки на лице Мира ходили ходуном, я чувствовала — он бесится внутри.

— Хорошенькая… — не знаю зачем, но мне хотелось отвлечь зверя от мрачных мыслей. — И дети тоже…

Мир молчал.

— А ваши…

— Помолчи, Аня… — и следом раздраженное: — Влад, притормози. Отвезешь ее.

Когда за ним захлопнулись двери, мне словно влепили пощечину. Я даже дернулась, сжавшись, а зверь быстрым шагом перешел дорогу и направился куда-то через аллею. И что странно — в солнечном сплетении словно тоже закрылись двери… — я больше не чувствовала его эмоции…

-23-

Ехать на самом деле оказалось недалеко. Только теперь это не радовало. Я бы выдержала еще три таких дня, лишь бы оказаться подальше отсюда.

Дом Мира отличался от остальных — укрытый большими разлапистыми елками и занесенный снегом он был больше похож на шале.

— Здесь не чистят, что ли? — пробурчала я, утопая в снегу по колено.

Влад молча подхватил мою сумку и пошел к крыльцу, протаптывая дорогу. Солнце уже почти село, мороз крепчал. Под ногами уныло заскрипело промерзлое дерево крыльца.