Истинная для волчьей стаи

Как же я его ненавидела за все! Я набросилась на него с кулаками, лупила по лицу, по плечам, по голове, не замечая, что мне самой гораздо больнее чем ему. Я била его молча, а он сидел, терпеливо снося все удары.

Неожиданно мои руки оказались в плену, а потом и тело.

Герман схватил меня, прижал к себе.

- Диана, он не стал бы тебя искать, но не потому, о чем ты думаешь!

- А почему?

- Он не помнил о тебе.

- Что?

***

Это было невозможно.

Глупо. Дико.

Что значит – не помнил?

Я смотрела на Артура, который…который сидел, уставившись в окно.

Могла ли я поверить…? После… после всего, что произошло тогда, восемь лет назад? Могла ли?"

"- Диана, давай спустимся вниз. Я приготовил нам завтрак. На голодный желудок такие дела обсуждать не стоит.

Да уж.

Это точно.

Герман все еще обнимал меня. Отстранился на мгновение. Заглянул в глаза.

- Мне ты веришь?

Да, я верила!

Я не чувствовала лжи. Но… все это было очень странно. Мне казалось…

Нет, разве такое возможно? Возможно забыть истинную?

Герман подхватил меня на руки.

- Иначе вас не заставишь спуститься! Арт, пойдем. Нам всем нужно хорошенько подкрепиться.

Стол, как всегда, ломился. Тут был и мой любимый хамон, и пармская ветчина, и слабосоленая семга, и тунец. Сладкая рисовая каша на молоке, с топленым маслом. Свежие ягоды. Он даже испек вафли!

Да, когда я говорила, что волки любят готовить, я забыла добавить превосходную степень. Мега любят! Особенно завтраки! Ну, собственно, в дикой природе у некоторых волков был всего один прием пищи в сутки, если вообще был, так что… волки-оборотни предпочитали подкрепиться прямо с утра.

- Если кто хочет яичницу с беконом – я готов. И бекон тоже. Осталось только пожарить яйца…

- Мои яйца и так подгорают. – Альфа еще умудрялся шутить?

Хотя, шутка получилась так себе. Я была уверена, что у него реально «подгорает», потому что… Потому что многое было сказано.

А вопросов все равно было больше, чем ответов.

Я села, Герман подвинул мне тарелку с кашей, ягоды. Я начала есть, обнаружив, что реально дико проголодалась. Уговорила кашу, потом наелась бекона, хамона и ветчины – Герман подвинул мне зерновой хлеб с семечками и сливочный сыр. Я ухмыльнулась – почти как в ресторане!

- Вкусно?

- Очень.

- Кофе? Чай? Какао?

- Кофе, пожалуйста.

Я заметила, что Арт ковыряет в тарелке, возит туда-сюда яичницу, которую ему все-таки приготовил Герман.

- Ешь, все очень вкусно.

- Я знаю. Я… съем.

Я видела, что ему кусок в горло не лезет…

Ну… кто виноват?

Когда ты считаешь, что все про всех знаешь, когда считаешь себя самым мудрым, когда ставишь свою гордость и честь превыше всего, то… судьба частенько бьет по носу.

- Я предлагаю после завтрака немного прогуляться.