Истинная пара дракона (СИ)
Меня зовут Мариабелла. Я происхожу из графского рода Эймитов и я та счастливица, которой издевкой судьбы была оказана сомнительная честь быть истинной парой для дракона, против которого однажды смог ополчиться мир.Впервые он появился в моей жизни одним холодным утром марта, когда мне исполнилось восемь. С тех пор стал постоянным и единственным гостем на праздниках по моего дню рождения, вне зависимости от моего согласия. Он был моим страхом, затем другом, дальше — врагом, возлюбленным, а сейчас… тюремщиком. Впрочем, пожалуй, им он был всегда. И я все чаще задавалась вопросом: есть ли истинность в его, моей любви? Ведь мое сердце принадлежало другому, а дракон, как известно, сердца… не имеет.
«Чтобы ты могла не только читать сказки, но и записывать свою».
Это осталось лучшей датой в течении моего странного детства. Несмотря на то, как кричали на меня взрослые, и что Ника сослали в военное училище, а гувернантку сменили, та единственная детская авантюра надолго запомнилась мне светлейшим из мгновений в нашей с драконом сказке. Не сказала бы, что мое недоверие и негатив к нему полностью испарились, но, беря в руки подарок, читая слова, дыхнувшие на меня знакомым теплом, я улыбалась.
* * *Мои волосы отросли до пояса. Украшение, подаренное на десятилетие, действительно смотрелось волшебно на длинных, густых темно-русых волосах, своим блеском придавая им благородный золотой оттенок.
Если меня и брала дрожь, то лишь от волнения. Я спустилась быстрее, чем когда-то, больше не медлила и в предвкушении улыбалась. Для меня это превратилось в игру: что же на сей раз приготовил он мне?
Но на лице лорда, приветственно сухо мне кивнувшего, было равнодушие. И пока я приседала в реверансе, уверенность стремительно убывала; взгляд на него снизу-вверх приобретал больше растерянности, чем радости.
— Вы расстроили меня своим побегом, — пренебрежительно произнес он и смерил меня холодным укором. — Мне жаль, что ваше воспитание не так хорошо, как я думал.
Он даже и не посмотрел на замершего в ужасе графа, лишь вскинул руку, жестом прерывая хотевшего уже что-то вставить, растерянного папу.
Сначала я настолько растерялась, что отступила инстинктивно назад, изумленно на него глядя. В черном ледяном прищуре не было ничего человеческого. Какая ирония, что только в облике ящера мне виделся человек."
"Мне чудилось, что я слышала оглушительный звон своих разбившихся надежд и ожиданий.
— Вот уж не думал, что мои короткие визиты настолько вам неприятны, хотя я не отнимаю у вас много времени.

















