Истинная пара дракона (СИ)

Поэтому она и никак не могла понять, почему наши дружеские отношения, так улучшившиеся после того, как он подарил мне Леди, обратились моей ненавистью. Решила, что я обиделась на пропущенный однажды им праздник, и я не разубеждала ее, тем самым лишь сильнее в глазах графини представая избалованной и мелочной.

Она готовила меня к замужней жизни. Изводила наставлениями, заставляла шить и вышивать, что я хоть и любила, но при таком давлении почти возненавидела, и говорила, говорила, говорила…

Утро, когда я стала совершеннолетней, было судным. И я уже знала, что решением суда будет отправка меня в ад замужней жизни.

— Чудесно выглядите, моя дорогая. Сегодня ваш важный день. — Он улыбнулся почти привычной, почти той теплой улыбкой, но она не коснулась холодных глаз — оттого поверить в ее искренность было невозможно. Пронзительный взгляд едва ощутимой щекоткой прошелся от высокой пышной прически, в которую уложили тяжелый шелк моих волос, по требованию дракона отращенных до кошмарной длины — мне вообще запрещалось стричь их за исключением кончиков — до подола длинного багрового платья, им же и присланного мне вчера посылкой.

Вкрадчивый баритон мужчины мог свести с ума томным шепотом в ночи свою женщину, а мог заставить одним лишь повышенным тоном дрожать в ужасе, пасть на колени и умолять пощадить. Я не испытывала ни первого, ни второго. Со мной он говорил как сейчас, так и раньше относительно ровно, даже добавлял капельки теплоты для обманчивого образа добродушия.

— По человеческим меркам вы достигли своего взросления, Мариа. — Зачем-то посчитал он нужным напомнить. Мое имя в этих устах раздражающе задело слух.

Дракон странно его тянул, с нотками смущающего наслаждения и оттенком насмешки. Внутренне скривившись, внешне я ничем, разумеется, не подвела маминого воспитания — скромно опустила глазки в пол, покрытый бежевым пушистым ворсом, и кивнула. Руки, сложенные на сведенных коленях, мелко дрожали. Улыбнуться ему в эту гадкую дату было выше моих возможностей.

Сегодняшние посиделки у нас проходили в малой гостиной, возле разожженного камина. Климат в Валерсии прохладный почти равносильно и зимой, и летом.

У нас почти не бывало сугробов по колено или палящего солнце, но были унылые дожди с пробирающим насквозь ветром или скупые лучики тепла поздней весною. По этой причине стопка дров горела в этом очаге постоянно. Оранжевые блики гуляли по благородному дереву, в котором была отделана комната, заставляя танцевать на стенах тени и причудливо вспыхивать отражением света яркую разноцветную роспись на противоположном окне, едва прикрытом чуть колыхающейся коричневой занавесью.