Истинная пара дракона (СИ)

Ветер, неся слабую пригорошню снежинок, пронесся мимо, задев мои волосы, но мне было тепло. Плед, шампанское, вино — что еще надо для счастливого Праздника Зимы? Только на душе было не совсем спокойно. Какая-то настойчивая мысль все терзала и терзала меня, не отпуская, вцепившись в голову драконьими когтями.

— А я, значит, по-вашему, скучная? — внезапно взволновал меня важнейший из всего рассказа момент. Мужчины как-то поспешно отвели взгляды. Ни одна, мать, тварь крылатая не ответила!

— Ах, так? — возмущенно воскликнула я. — Ну, я вам еще покажу, скучная!

— Да не скучная, не скучная, мы же образно, — поспешно заверил меня Ник, но сероглазый дипломат прозвучал не особо убедительно.

Я только фыркнула и еще некоторое время бормотала нечто ворчливое и обиженное. Потом оно как-то и забылось, да и холодно стало. Небо светало, звезды бледнели. Наступил новый год, а на душе у меня так и осталось тревожно.

Интересно, как отпраздновал дракон?

* * *Все драконы — нарушители своих обещаний. Этот вывод я сделала, когда на следующий день, прямо перед нами, передо мной и пылающим от предвкушения ребенком, Николайз, Дайшес и Нардарай отказались катать нас.

Сказали, что вчера были не в себе, и вообще пусть леди катается на своем драконе, если ей того хочется. А мне было уже обидно больше даже за Андресса, расстроившегося почти до слез, которые мужественно сдерживал.

Мы так и стояли посреди гостиной, как две воинствующие гильдии, испепеляя друг друга глазами. За окном, во внутреннем дворе, белел магически сотворенный магами королевства снега и минус, должно быть, был неплохой, но в комнате было тепло, горел камин.

Казалось, однако, что тепло производило не пламя, а мой гнев и обида Андресса. В конце концов, осознав, что совести у оппонентов нет, я шепнула племяннику выйти на улицу и начать лепить из магического снега крепость для наших игр.

— Как можно так поступать! — последний раз смерила своих телохранителей презрительным взглядом. Они были невозмутимы. Почти пыхтя от ярости, я развернулась и направилась к выходу, собираясь пойти одеваться для снежных боев, но в спину мне донеслось неожиданное:

— Это не наше решение.

Как можно ненавидеть кого-то настолько сильно?"

"Оставшиеся каникулы пролетели незаметно. Папа продолжал меня избегать и на вопросы не отвечал, увиливал. Мама, как ни странно, наоборот стала стараться быть ко мне ближе и я, наверное, успела поведать ей о каждой детали учебы в академии. Она улыбалась теперь всегда тепло, задавала много вопросов. Еще драконы теперь не скрывались, а частенько со мной болтали. Одинока я не была уж точно, и беспеременными эти снежные дни назвать было нельзя.