Истинная с изъяном

Не умертвие, не нечисть. Призрак! Наконец, я нашла подходящее слово, но легче от этого не стало. Скорее наоборот.

Прежде я не встречалась с неупокоенными душами, не мой профиль. В народе говорят, что они приходят за живыми, чтобы утащить в загробный мир. Проверять так ли это не было никакого желания.

Разумеется, мне «повезло» – попался не простой призрак, а говорящий. Я поняла это, когда женщина, окинув меня взглядом, грубо выдала:

– Готова поспорить на обе свои сиськи и меч, что ты не Фалькорн!

Я удивленно моргнула. Оно говорящее! Но лучше бы молчала, честное слово. Голос у воительницы был как у портового грузчика, такой же низкий, с хрипотцой, совсем не похожий на женский. Не говоря уже о том, что ругалась она похлеще тех самых грузчиков.

Мало того, что призрак, так еще и сквернословит. Что дальше? Кинется на меня с мечом?

Ждать, когда это произойдет, я не стала. Навредит живому человеку призрачный меч или нет – не та вещь, которую я хочу проверять на личном опыте. К телу как раз вернулась подвижность, и я, не помня себя от страха, кинулась к ближайшей двери. Надеялась выскочить в коридор, но вместо этого угодила в гардеробную. Клятые двери, что же их так много в этих покоях!

Захлопнув дверь, я привалилась к ней спиной. Сердце стучало в ребра, руки дрожали, а еще меня бил озноб. Меня буквально колотило от пережитого ужаса. Я вот-вот ждала нападения. Что призраку стоит пройти сквозь дверь? Но минуты шли, ко мне никто не ломился, и я потихоньку успокаивалась.

Приложив ухо к дверному полотну, я прислушалась. Кажется, в спальне кто-то есть. Я слышала, как они тихо переговаривались между собой. Я вся обратилась в слух.

– Чего ты хотела этим добиться, Брунхильда? Ты ее напугала, – произнес незнакомый старческий голос.

Откуда там старик? Когда я убегала, его не было.

– Она не Фалькорн, – а этот голос я узнала, он принадлежал той самой гром-бабе с мечом.

– А мне она понравилась, симпатичная, – хихикнул молодой мужчина.

– Тебе нравятся все подряд, Малкольм. В ней нет ничего особенного, – фыркнула жеманная девица.

Да сколько их там? У меня съезд призраков в спальне? Я их не приглашала! Пусть уходят."

"– Что с того, что она не Фалькорн? – возразил старик. – Раз она увидела тебя, Брунхильда, значит, Гаюс добровольно передал ей реликт.

Услышав знакомое слово, я уставилась на перстень на своем пальце. В нем все дело, это из-за него мне мерещится всякое?

Я дернула перстень в попытке его снять. Не тут-то было! Он будто сжался, теснее обхватив палец. Жаль, я заперлась не в купальне, там есть мыльный корень. Пришлось прибегнуть к другому способу – смочить кожу слюной и зубами стянуть перстень.

Едва он покинул мой палец, как голоса в спальне стихли. Но мне этого показалось мало, и я отбросила реликт подальше.