Источник счастья

— Не выдумывай, он слишком маленький, это просто случайная гримаса, — сказала Таня, — и вообще, ему пора кушать."

"— Нет, действительно улыбается, — возразил Данилов, — мне лично. Миша, может, ты что-нибудь скажешь? Ну скажи: папа.

— Сейчас стишок прочитает и сыграет на рояле «Собачий вальс». Да он мокрый насквозь! Павел, ты что, не чувствуешь, он совершенно мокрый?

— Но не плачет!

— И улыбается!

— Мишенька, маленький, что там тебе ангелы шепчут? Ты хочешь сказать, ещё не всё потеряно? У нас остались шансы? Слушайте, а в кого у него такие огромные уши?

— В тебя, конечно. Что ты делаешь? Не снимай с него чепчик! Холодно. Все, дай мне ребёнка!

— Танечка, подожди, разве я лопоухий?

— Дай мне ребёнка и посмотри в зеркало.

— Да, правда. Надо же, я раньше не замечал.

— Павел Николаевич, я воды согрела, вы хотели мыться.

Федор попятился назад, к двери, вышел и бесшумно прикрыл её за собой, стал быстро спускаться вниз. В вестибюле у лифта столкнулся с пожилой дамой из квартиры на третьем этаже.

— Федор Фёдорович, здравствуйте, ужас какой творится! У нас вся прислуга сбежала, я ходила узнать, что с отоплением, бесполезно, никто ничего не знает, дворник хамит, пьян, а ведь мусульманин, им Коран запрещает пить. Погодите, тут письмо для Михаила Владимировича, бросили в наш ящик, я как раз шла к вам, отдать, — она протянула толстый конверт.

Письмо было из Ялты, от Натальи Владимировны и Оси. Его давно ждали.

— Благодарю вас, я передам. Потом. Сейчас спешу, — он сунул конверт за пазуху.

— Федор Фёдорович, вы здоровы? У вас такой странный вид, — слегка испуганно пробормотала дама.

— Здоров, здоров, спешу, простите, — он быстро вышел на улицу.

У подъезда стоял знакомый автомобиль. Шофёр шагнул навстречу и тихо спросил:

— Дисипль, в чём дело, куда вы? Что с вами?

— Вернулся полковник. Я должен сообщить.

— Я сообщу. Помогите мне донести пакеты.

— Нет. Ни за что! Я не могу, не хочу туда возвращаться!

— Да в чём дело? Вы пьяны? — шофёр быстро обнюхал его, по-собачьи шевеля ноздрями. — Нет. Не похоже. Неужели кокаин?

— Перестаньте. Я трезв и не употреблял наркотиков. Мне очень плохо. Это личное. Объяснять вам не буду.

— Да не объясняйте, пожалуйста, я и так знаю. Вы же сами сказали — полковник вернулся. Я бы на вашем месте давно нашёл бы себе какую-нибудь весёлую курсисточку. Ладно, все, успокойтесь. Пойдёмте наверх, я без вас не дотащу, а вам всё равно придётся возвращаться, никуда не денетесь, так что терпите, Дисипль. Страдания облагораживают душу и тренируют волю.

— Да. Хорошо, я готов. Но вы войдёте со мной, сами все скажете, иначе получится, будто я уже сотрудничаю, тогда я лишусь доверия, уважения, тогда всё напрасно, всё кончено, — он шептал быстро, с одышкой, и старался не смотреть в насмешливые голубые глаза шофёра.