Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Эта радостная лихорадка, сопутствующая открытию, знакома любому ученому, экспериментатору, да и вообще всем, кто занимается какими угодно расследованиями. Природа раскрывает свои секреты у тебя на глазах и при твоем личном участии. Я решил перейти в медицинский колледж Корнеллского университета и перебрался обратно в Нью-Йорк.

5

Снимки мозга подтверждают результаты операций по его расщеплению

Ученый по самой природе своих занятий задает все больше и больше (а не меньше) вопросов. Как отметил один философ, в действительности мерилом интеллектуальной зрелости является способность ощущать все меньшее и меньшее удовлетворение от наших ответов на все более и более сложные вопросы[114].

Гордон ОлпортЯ начал работать в медицинском колледже Корнеллского университета в то время, когда врачи еще не рекламировали свои услуги, а деньги не были предметом нескончаемых обсуждений больничного персонала. В медицинских школах здорово было находиться, и врачи отрабатывали по сто часов в неделю и глазом не моргнув. Именно ритм и интенсивность работы в первоклассной медицинской школе покорили меня.

Мне все очень понравилось, и я почувствовал, что многому там научусь.

Первое важное обстоятельство, которое меня обрадовало, состояло в том, что вместо аспирантов теперь были ординаторы, а это совсем другое дело. Аспирантов обучают экспериментальным методам, как проводить научные эксперименты. Ординаторы же немного старше и мудрее. За день они вынуждены принимать больше решений, чем большинство из нас – за год. Они взаимодействуют с умирающими, ликующими, плачущими, смеющимися людьми – демонстрирующими весь спектр человеческих эмоций.

Одним словом, они закалены, в отличие от аспирантов. Моя задача заключалась в том, чтобы для изучения когнитивных способностей человека помочь объединить эти два лагеря с разными навыками и опытом. Теперь я должен был стать наставником как для будущих постдоков, так и для будущих врачей.

И пришло это в голову Фреду Пламу, легендарному заведующему кафедрой неврологии в Корнеллском университете. Отчего-то он решил, что его ординаторов нужно обучить нейропсихологии, и каким-то образом отыскал меня, когда я был в Стоуни-Брук.

Сперва мы решили, что я буду приезжать в город по четвергам и проводить специальные нейропсихологические обходы с его ординаторами. Смелая идея, учитывая, что о большинстве неврологических синдромов я знал немного. Про каждый из них я читал и даже имел дело с афазиями, но обследовать любых пациентов? Как же я мог кого-то этому научить, да еще во время обходов?

Обходы в Корнелле быстро заняли важное место в моей жизни.