Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Один из небольших грантов был присужден Майклу Газзаниге, работавшему тогда в медицинской школе Корнеллского университета, и позволил ему основать то, что впоследствии стало когнитивной нейронаукой. Благодаря программе фонда многие ученые познакомились с работами по другим дисциплинам и стали относиться к ним благосклоннее. Несколько лет процветали междисциплинарные семинары, коллоквиумы и симпозиумы[130].

Так оно и было. Жена Джеффа, Энн, помогла мне основать некоммерческую организацию под названием “Институт когнитивной нейронауки”, и мы убедили несколько нью-йоркских университетов присоединиться к нашей программе, а через пару лет получили финансирование от фонда Альфреда Слоуна, подав туда заявку.

Нашей целью было содействовать развитию когнитивной нейронауки всеми мыслимыми способами. Что мы и делали. И делаем до сих пор.

Илл. 6. Суть подробного доклада Джорджа Миллера о состоянии когнитивной науки для фонда Альфреда Слоуна была отражена на этой простенькой диаграмме. Благодаря ей ученые стали рассматривать нейронауки как часть когнитивной науки.

Источник: Trends in Cognitive Sciences

Особые встречи, особые местаОдин из множества парадоксов моей личности состоит в том, что, хотя я привержен привычкам, насколько это только возможно, я ненавижу статус-кво, особенно в науке. Помогать развитию новых точек соприкосновения между различными областями знания мне особенно нравилось. Когда начались исследования в рамках когнитивной нейронауки, я решил ежегодно проводить недельную конференцию на десять человек, чтобы пестовать междисциплинарные взаимодействия.

Поскольку я выполнял роль человека-оркестра, моя стратегия заключалась в том, чтобы объявить очень интересную тему, выбрать место, которое участникам захотелось бы посетить, и дать каждому возможность целых полдня рассказывать о своих исследованиях. Это сработало. В список мест проведения этой конференции входили Барселона, Кушадасы (в Турции), Муреа (один из островов Французской Полинезии), Венеция, Париж и Напа.

Разумеется, значительная часть того важного, что происходит на конференциях, случается в перерывах между официальными мероприятиями.

Все примериваются друг к другу и задают вопросы, которые никогда не звучат в обычной обстановке профессиональных встреч. А еще участники, каждый по-своему, определяют, что заслуживает доверия, а что нет. Все это происходит само собой во время спонтанных обедов и ужинов, прогулок по местным деревушкам и поселкам, походов в бары, экскурсий по достопримечательностям и, да, порой даже во время чьего-то доклада на самой конференции.