Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Препарат “Гливек” ингибировал мутантный белок (Bcr-Abl), который обнаруживался только при некоторых видах хронического миелоидного лейкоза и при гастроинтестинальных стромальных опухолях. У пациентов с этими видами рака “Гливек” блокировал действие мутантного белка, излечивая от болезни. К сожалению, оказалось, что такой эффект это лекарство оказывает только при двух видах рака.

Довольно быстро исследователи начали выявлять при онкологии и другие измененные белки и создавать лекарства, блокирующие их действие. Так, при многих разновидностях меланомы быстрая пролиферация клеток вкупе с защитой от гибели вызывается мутацией в гене BRAF. Придумали лекарство, которое подавляет активность соответствующего белка. Клетки меланомы с мутацией в гене BRAF под воздействием лекарства начинают погибать, однако после курса лечения опухоль разрастается снова, еще быстрее. Вскоре ученые выяснили, что белок BRAF вызывает пролиферацию клеток благодаря не одному линейному взаимодействию, а целой сети взаимодействий. Если подавляется его действие, перестраивается вся сеть – и причиной пролиферации становится уже другой белок, CRAF."

"Узнав все это, онкобиологи поняли, что рак вызывается не одной-единственной мутацией. Опухоль образуется из-за изменений во всем сигнальном пути. Чтобы уничтожить раковые клетки, надо атаковать сеть во многих звеньях. С 2006 года уже общеизвестно, что в клеточной и молекулярной биологии приходится иметь дело с системами, в которых есть петли обратной связи, регулирование, компенсаторные сети и все типы действующих на расстоянии сил, влияющих на любую имеющую к ним отношение функцию. Сложное устройство клетки говорит нам о том, что сложное устройство мозга не менее трудно для понимания и в некоторых отношениях очень похоже.

Давайте снова вернемся к показательным результатам исследования полувековой давности – к случаю пациента У. Дж. Разъединение двух половин мозга доказало значимость специфических нервных путей, задействованных в самых разных операциях – от передачи базовых сенсорных и двигательных сигналов вплоть до сложного обмена информацией между двумя полушариями, например орфографической и фонологической. Но на другом уровне состояние У. Дж. мало чем отличалось от дооперационного. Он ходил, говорил и воспринимал мир как обычно, и широкая приветливая улыбка все так же озаряла его лицо. Еще у него образовались островки специфических функций – речью владело только левое полушарие, а пространственные задачи решало только правое.

За последующие пятьдесят лет исследований те первые представления об устройстве человеческого мозга углубились, их стали рассматривать в более широком контексте.