Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Высказана она была обыденно и звучала так, будто уже в то время была частью культуры, хотя на самом деле все еще только строили догадки о предназначении мозолистого тела и о том, как информация попадает из одного полушария в другое. Не напоминает ли вам это происходившее в генетике? В конце концов, каждый знал, что существует наследственность и что существует ДНК, и до того, как Уотсон и Крик сопоставили эти факты. Возможно, крупные прорывы попросту назревают, накапливаются. В то же время – и, на мой взгляд, это важно – кому-то надо было выйти вперед и сделать что-то для подтверждения или опровержения тех идей, а не только бесконечно обсуждать их.

Для меня несомненно, что Майерс и Сперри засучили рукава и превратили разговоры в экспериментальные данные.

Я встретил Майерса спустя годы на конференции, где представлял результаты работы по расщепленному мозгу на людях, а он рассказывал о некоторых своих анатомических исследованиях, выполненных на шимпанзе[35]. Я очень хотел познакомиться с ним, поскольку осознавал его ключевую роль в истории исследований расщепленного мозга и развитии этого направления.

Как ученый он однозначно заслужил уважение коллег, и наука о мозге многим ему обязана.

Это не значит, что он был исключительно положительным персонажем. После моего выступления он стал брюзжать, что, мол, “странный случай из медицинской практики” не имеет особого значения, что это было странное последствие исходной эпилепсии и так далее. Я был ошеломлен и фактически потерял дар речи. Но постепенно до меня стало доходить: сферы влияния – это главное, а я вступил в его сферу влияния, его вотчину, даже несмотря на то, что продолжал его работу на других видах и к тому времени наши исследования на людях уже прошли проверку коллег в нескольких рецензируемых журналах.

Мне преподали очередной урок о разнице между учеными и наукой. Помню, я еще размышлял: все ли производители интеллектуальной собственности неизбежно становятся такими? Есть ли какая-то разница между художником, ученым, каменщиком? Стану ли я таким? Не забыть бы проверить…

Доктор Сперри"

"Роджер Сперри был поистине гигантом в своей области.

Когда я приехал в Калтех, он недавно оправился от обострения туберкулеза. Его жена, Норма, координировала поток информации к нему из лаборатории, пока он отдыхал и восстанавливал силы в санатории. Тогда он был задействован по крайней мере в трех крупных научных проектах. Его основополагающая работа в области нейробиологии, показавшая, что связи в мозге животных устроены не случайным образом и еще изменяются под действием опыта[36], укрепляла свои позиции.