Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

Испугавшись, что Ямато нападет на него, Нобу выпустил Акико. Кику бросилась к ней на помощь, однако помощи не потребовалось: Акико всадила локоть в живот Нобу, заставив того согнуться пополам.

— Ямато, зачем тебе помогать гайдзину? — выкрикнул запыхавшийся Кадзуки. — Особенно тому, который занял не принадлежащее ему место твоего брата? Ведь Масамото усыновил его, верно?

Ямато замешкался, не торопясь приближаться, и пристально посмотрел на придавленного к полу Джека.

— Как ты мог это допустить, Ямато? Гайдзин стал членом твоей семьи! Какой позор!

Слова Кадзуки эхом отдались от стен Буцу-дэна и зазвенели в ушах Ямато: «Позор! Позор! Позор!»

— Я могу прекратить это безобразие.

Сломаю ему руку так, что даже Масамото не вылечит. Что-то я не встречал одноруких самураев, как ты думаешь, Ямато?

Джек видел, что Ямато колеблется: с одной стороны, было бы гораздо лучше избавиться от Джека навсегда, а с другой стороны, Ямато был обязан ему жизнью. Однако в данном случае долг чести роли не играл: все решал гнев отца.

— Масамото нас не накажет, — подзуживал Кадзуки, словно читая мысли Ямато. — Нобу будет свидетелем: гайдзин первый на меня напал.

И я имею полное право защищаться.

Ямато отступил на шаг назад.

— Верно, Ямато, дай мне возможность избавить тебя от этого гайдзина. Мы с тобой оба знаем, что он встал тебе поперек горла.

Чтобы подкрепить свои слова, Кадзуки сильнее скрутил кисть Джека. Боль, как раскаленное железо, обожгла руку, и Джек вскрикнул. И вдруг его кисть оказалась свободна.

Акико изо всех сил пнула Кадзуки в спину, применив маэ-гэри — простой, но эффективный прямой удар ногой, который они как раз изучили на тайдзюцу.

Кадзуки пропахал носом по полу. Потом вскочил и двинулся на Акико.

Она инстинктивно закрылась рукой, однако Кадзуки в последний момент удержался от удара.

— Вот еще глупости! — сказал он, отступая и поднимая обе руки в знак мирных намерений. — Из-за гайдзина поцапались. Масамото велел проявлять солидарность. Я не буду с тобой драться."

"— А с Джеком, значит, будешь, хотя он тоже самурай? — парировала Акико.

— Да какой из него самурай! Никогда ему не быть самураем, и он это знает. Ты только посмотри!

Джек, с распухшим от удара Кадзуки лицом, лежал на полу, прижимая к себе руку.

Акико глянула на него с жалостью.

А вот жалости не надо! Его покалечили и унизили, но не победили. На самом деле Джек хотел, чтобы его признали своим, однако этого, похоже, не дождешься. Он отвернулся от Акико.

Кадзуки поклонился и невозмутимо зашагал в выходу. Нобу, все еще держась за живот, преданно пошел следом. Кадзуки вытер окровавленную губу тыльной стороной ладони и повернулся к оставшимся:

— Не вздумайте рассказать наставникам о том, что здесь произошло.