Из глубин

Но даже намеков на подобное не было за всю историю наблюдений!

— Ты уверена?

— В смысле?

— Почему, по-твоему, я не выспался?

— В комп пялился?

— Бинго! И не просто пялился. Профессор, заткните уши, или просто сделайте вид, что не слышите. Короче, я вчера ломанул сервер Службы мониторинга моря…

— Действительно, что-то у меня со слухом…

— Проф, просто некогда было, да и поздно, чтобы вас беспокоить… — повинился я. — Но они ничего не заметили, зуб даю!

— А, что уж там!.. — махнул рукой мой руководитель.

Правда, посмотрел при этом так, что меня до печенок пробрало.

Пофиг, это для пользы дела.

— Короче, я проанализировал все загадочные случаи за крайние три месяца. Больше просто физически не сумел, вырубился…

— Бедненький!..

— … но и того, что нарыл, достаточно. Не знаю, почему Служба это все скрывает, наверное, чтобы не разводить панику, но за это время в радиусе ста миль от эпицентра того самого подводного землетрясения, что было десятого числа, пропало семнадцать подводных и девять надводных мониторинговых дронов. А еще два патрульных катера. И еще…

— Может, хватит уже? — жалобно заныла Тинка.

Стыдно, фиг ли.

Я же ее в день происшествия с дельфинами как раз вот такие странности искать просил. Но ее извиняет тот факт, что у нее не было компа фирмы «Imagine» и навыков хакера-диверсанта. Впрочем, пусть помучается, ей полезно.

— И еще пропало три траулера, — окончательно добил я аудиторию. — Автоматических, естественно, иначе бы давно уже шум до потолка рыбаки подняли.

— Значит, люди не пропадали? — А это уже снова профессор.

— Хм… может и пропадали, но это по сводкам карабинеров и Морского патруля проверять надо. Кстати, Франсин… а вы точно были одна на экраноплане? Или наши СМИ, как обычно, приукрасили действительность?

— Да.

Я, знаете ли, уже взрослая и вполне самостоятельная девочка.

— И руководство отпустило вас в дальнюю экспедицию в одиночку? — поразился проф Спанидис. — Какая безответственность!

— Я сама себе руководство! — нахмурилась женщина. — У меня самостоятельное направление исследований, я глава лаборатории. И я не считаю нужным у кого-то отпрашиваться. Если не верите, свяжитесь с моим институтом, директор подтвердит.

— Хорошо, хорошо, мы верим! — поднял я руки в примирительном жесте.

 — И это действительно хорошо, потому что обошлось без жертв. Но все равно невероятно! Алкагест!

— Боюсь, вы неправы, Анте.

— Почему, Франсин? Катамаран же растворился!

— Это факт, — признала женщина. — Но вы ошибаетесь с определением. Что бы ни воздействовало на мой экраноплан, и откуда бы оно ни взялось, это нельзя назвать алкагестом, потому что оно растворило только пластик. Вернее, все, в чем содержалось хоть немного биопластика.

— Вы уверены?!

— Более чем, — кивнула доктор Моро.