Из глубин
Колониальный союз… сгинул. Тридцать лет назад грянул Блэкаут, превративший сложную систему человеческих миров в островки, отделенные друг от друга безднами расстояний. Но самих миров не стало меньше — их по-прежнему тысячи, и на каждом найдется нечто загадочное из наследства сгинувших рас — Предтеч. Не стала исключением и колония Терра-Нова — водный мир, переживший в свое время экологическую катастрофу. Правда, особыми тайнами похвастаться он не мог — из всех загадок разве что шепчущие киты представляли хоть какой-то интерес. И надо же так случиться, что именно они и стали первопричиной злоключений Анте Свенссона — аспиранта по обмену с Нового Оймякона. Впрочем, у него самого нашлось немало «скелетов в шкафу», да и пороками наш герой не обделен — одно только любопытство чего стоит! Черт его дернул ввязаться в научную… авантюру, иначе и не скажешь. А дальше, как обычно, все завертелось: алкагест, морская живность, киднеппинг, драки… И только умудренный жизнью Курьер, в прошлом прославленный Оружейник, в курсе, что на самом-то деле все это лишь антураж. Потому что главное — те решения, что мы принимаем на том или ином жизненном этапе. Или не мы?..
— А вы не успели из лазарета выйти, и сразу купаться. Не говоря о том, что с серфингом я бы на вашем месте тоже повременил.
— С чего бы? — удивилась Франсин. — Я очень люблю море. Я на нем родилась и выросла. Оно меня успокаивает и придает сил, подпитывает своей энергией. Так что морская прогулка мне только на пользу.
И не поспоришь — цветущий вид еще вчера изможденной и еле живой женщины говорил сам за себя.
— И все же… почему вы прячетесь, Антуан?
— Я интроверт.
— Серьезный повод. Но по вам не скажешь.
— А что по мне скажешь? — невольно заинтересовался я.
— Ну… интересный молодой человек.
— Сомнительные достоинства, — хмыкнул я. — Мне всегда казалось, что женщины во мне прежде всего ценят ум и сообразительность.
— Вам бессовестно врали, — улыбнулась доктор Моро. — Все девушки прежде всего смотрят на экстерьер, если позволите так выразиться.
Н-да. Вроде бы и похвалила, а по факту опустила ниже плинтуса. Я себя в этот момент почему-то почувствовал новооймяконским хаски — породистым и с идеальным экстерьером. Гав, что ли?..
— А вы тоже очень даже ничего, — вернул я сомнительный комплимент, окинув докторшу демонстративно оценивающим взглядом.
— Почему скрытности? — удивилась моя собеседница. — Я разве дала повод обо мне так думать?
Я в ответ пожал плечами.
— Когда?!
— Вчера, когда были не до конца с нами откровенны.
— Я не врала, — нахмурилась Франсин.
— А я такого и не говорю. Просто были не до конца откровенны.
— Да в чем?!
Ага, задело за живое.
— Вы очень ловко замяли тему с шепчущим китом, находившимся в районе возникновения аномалии.
— Хм… что ж…
Замялась? Я что, угадал?! Шепчущий кит… вот ведь!
— Ладно, можете не отвечать, если это тайна. Хоть и говорят, что любопытство сгубило кошку, но из моих знакомых по этой причине еще никто не умирал. Сдюжу как-нибудь.
— Спасибо, Антуан.
Не повелась. Бывает.
— Я не потому молчу, что это страшная тайна… — все же не выдержала женщина.
— Все, можете больше ничего не говорить! — поднял я руки в примиряющем жесте. — Научная тайна это святое. Сам такой же. Как вы верно заметили…
— Ты.
— А?..
— Давай на «ты» перейдем. Я не такая уж и старая.
Ага, уже кокетничает. Ну и ладно, с меня не убудет."
"— Хорошо. Как ты верно заметила, я тоже ученый, а потому способен понять и простить.








