Из хорошей семьи

– Я больше не твой препод, так что прошляпила ты, мать, свое счастье! – с пафосом проговорил Евгений, но, взглянув Лиде в глаза, немного опомнился и выдохнул: – Извини, просто я шалею, когда тебя вижу. Давай просто посидим, и все.

– У тебя сколько времени?

– Минут двадцать. Ты устала?

– Да, сегодня весь день на ногах, сплошные пункции.

– Все-все, не будем. – Евгений притянул Лиду к себе.

– Женя, что на работе? Тебе вернули занятия?

– Да. Хотя я уже втянулся рефераты проверять.

Евгений не рассказывал Лидии, что завкафедрой, хоть и восстановил его в правах, оставался холоден и сух, по-прежнему называл «молодым человеком» и сказал, что хоть правда выяснилась и он очень рад, что с товарища Павла Горькова посмертно сняты все обвинения, но не будем забывать, что вы, молодой человек, проявили себя не с самой лучшей стороны, продемонстрировали нам эгоизм и полное равнодушие к интересам коллектива, поэтому доверия вам больше нет и не будет.

– Хочешь, в море иди, – сказала Лидия, – как распишемся, так и иди сразу, я за твоей мамой присмотрю.

Евгений улыбнулся. Всего две недели, и не надо будет никуда бежать и торопиться, потому что Лида войдет в его дом молодой женой. Как она поладит с мамой, пока загадка, но в море он точно не пойдет.

– Пока попротираю еще штаны на кафедре, – сказал он.

– Кажется, Жень, я отдохнула. Может, успеем еще?

Он покосился на часы. Минутная стрелка как раз с глухим щелчком перескочила одно деление.

– Нет, побегу.

– Смотри…

– Знаешь, Лид, мне до сих пор не дает покоя мысль, что Яна тогда чуть не погибла из-за меня. Если бы я не застрял с тобой, то успел бы его остановить.

– Понимаю. С тех пор как начала самостоятельно работать, мне тоже часто не дают покоя такие мысли. То не сообразила, это не вспомнила, не ухватила единственный шанс из миллиона… Вроде бы и знаешь, что все равно кончилось бы этим, а все равно грызешь себя – а вдруг? Вдруг надо было хирургов активнее убеждать, чтоб взяли на операцию? Или, наоборот, надо было бы принять решение не отдавать пациента им, а вести консервативно?

– И как ты справляешься?

– Пока никак. Но старые доктора говорят, надо понимать, что ты никогда не удержишь в равновесии весь мир на одной своей ладони."