Из-под палочки (СИ)

Что с ней делать-то? Не силком же вывозить?

— Где она живёт? — прорычал Эндан. Ему казалось, что свою ярость в отношении номеров, отмоченных Алисой, он пережил и оставил где-то там, в Сирии, ан нет, вернулась, родимая, как не уходила.

— Кто её знает? Могу поспрашивать. Уж наверное землянку все соседи заприметили.

Эндан застонал. За туристов отвечала возящая их фирма, а за спецов — работодатель, они предоставляли в министерство информацию о расселении своих приглашённых. Оркестрантов регистрировало само министерство, поскольку оно организовывало им проживание на постоялых дворах и билеты на монорельс.

Если Алиса просто вернулась, никому ничего не сказав, то её никто и не отметил.

— Позвоните ей и велите явиться ко мне в кабинет как можно скорее! Я сейчас подойду.

— Вы же в отпуске… — растерялся зам.

— Я что-то неясно сказал⁈ — рявкнул Эндан, сбросил звонок и помчался натягивать сапоги.

Только на пороге дворца он вспомнил, что собирался уволиться, именно чтобы больше никогда не сталкиваться с этой женщиной.

Алиса постучалась к нему минут через пятнадцать — скорее даже поскреблась, как делал Хос, пока не научился нажимать на дверные ручки.

Эндан придал себе суровый вид, хотя у него и так за эти пятнадцать минут мышцы на лбу заболели от старательного сведения бровей. От её вида Эндана окатило волной жара. Отпуск вообще нисколечки не помог, вся дурь, которая заставляла его рядом с Алисой вести себя неадекватно, вернулась в целости. Похоже, Алтонгирел всё-таки был прав…

— Привет, — прошелестела Алиса, замерев в дверном проёме. — Мне сказали, надо зайти.

На Эндана она не смотрела, и этим бесила его ещё больше.

Что он, не заслужил? Или она будет изображать, что её напугал его грозный взгляд? В Худуле вот не боялась — ни его, ни со скалы сверзиться!

— Когда вы собираетесь покинуть планету? — резко спросил он.

Алиса вся сжалась и пригнула голову, утонув в своей огромной бесформенной куртке.

— А надо покинуть, да? — тихо и как-то несчастно спросила она.

Эндан пару раз вдохнул и выдохнул, чтобы не сорваться. Он всегда считал себя исключительно сдержанным, уравновешенным человеком. Его даже Ахмад-хон таким считал! Что же она с ним такое делает, что его так надирает? Душу его выкручивает своими маленькими холодными ручонками? И откуда он знал, что они холодные? Но боялась она, похоже, вполне искренне, и было бы глупо продолжать её запугивать.

Пожалуется ведь Хотон-хон, а вот уж с кем ни одна живая душа на Муданге конфликтовать не желала, да и мёртвая не всякая — у неё и Мангуст в друзьях, посмертие испортит так же легко, как духовник помолится.

— Я спрашиваю о ваших планах, — по возможности ровным тоном сказал Эндан.