Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Если купол не раскроется автоматически, дернешь за кольцо. Приземляйся на полусогнутые ноги и сразу падай на бок, сгруппируйся. Запомнил?

Я снова кивнул. Говорить в самолете было сложно – уж больно громко ревели моторы.

– Садись, лететь долго еще.

Я уселся на жесткое откидное сиденье и стал смотреть в прямоугольный иллюминатор. Кроме темных облаков – ничего не видно.

Часа через два из-под колпака бортстрелка свесился молодой парень в летном комбинезоне.

– Перелетаем линию фронта!

Я приник к иллюминатору. Далеко внизу вспыхивали огоньки, потом самолет влетел в облака, и земля скрылась из виду.

Еще час полета – и самолет стал снижаться, взревела «крякалка». Подошел механик:

– Приготовься!

А что мне готовиться? Я встал, подошел поближе к хвосту самолета. Механик смотрел на переборку – на сигнальные лампочки. Красная лампочка погасла, загорелась зеленая. Механик открыл дверь:"

"– Пошел!

Чтобы не струсить, я быстро подошел к двери, и с ходу, головой вперед шагнул в бездну. Над головой хлопнуло, меня резко рвануло вверх, и я услышал удаляющийся шум моторов. Поднял голову – купол парашюта раскрылся.

Падение замедлилось, и меня охватило блаженство.

В душе я побаивался прыжка – того, что не раскроется парашют, но все получилось. Теперь я смотрел вниз. Видел какие-то огоньки – они быстро уходили в сторону. «Ветер, – догадался я. – Предупреждал же Бодров меня. Если огоньки внизу, это Бытом. При условии, что летчики сбросили меня точно, то ветром меня несет вправо. Вот будет бесплатное кино, если я сяду в расположении какой-нибудь немецкой части. Тогда никакие документы не помогут».

Теперь внизу была темнота. Куда меня сносит и далеко ли до земли? Говорил же мне механик, что перед приземлением ноги надо согнуть.

Вот только знать бы – когда земля будет?

А земля возникла из темноты внезапно, и ноги я согнуть не успел.

Ударило сильно, повалило на бок. Парашют тоже стал оседать, но потом надулся, и меня потянуло, поволокло по

земле. Я чувствовал, как по лицу хлещет жесткая, высохшая трава, и едва успевал закрываться рукой. Конечно, уже поздняя осень, в Москве холодно. Только Южная Польша – Европа, здесь нет таких холодов.

Хотя меня и не инструктировали, что делать после приземления, я догадался подтянуть нижние стропы и погасил купол.

Прислушался – тишина. Посмотрел на часы – час ночи. Сняв с пояса саперную лопатку, я вырыл яму, туго скрутил парашют, обмотав его лямками подвесной системы, уложил в яму, утрамбовал ногами и засыпал землей. Потоптался. Ночью все выглядело неплохо, а днем я уже далеко буду.

Теперь вопрос – куда идти? У меня не было компаса – я же не диверсант; они всегда действуют вне населенных пунктов, и потому он им нужен.