Изгнание беса (сборник)

Вот и сейчас вы тоже ошиблись, я совсем не тот человек, которому можно верить… – Все так же приветливо улыбаясь, Советник поднялся, показывая, что разговор окончен, покивал немного, довольно-аки благосклонно мигнул, а затем, сопровождая побледневшего мэра, прошел с ним в прихожую и открыл дверь. – Всего хорошего… – но когда мэр уже оказался на площадке и, наверное от волнения плохо владея собой, стал нащупывать ногой первую ступеньку, чтобы спуститься, вдруг – одной рукой быстро прикрыл дверь, а другой так же быстро повернул к себе мэра и одну-две секунды смотрел на него любящим братским взглядом.

– Всего хорошего… – повторил он."

"Спал Советник, как и в прошлую ночь, очень чутко, вместе с тем не просыпаясь и не вздрагивая из-за пустяков, но когда поднялся, разумеется опять же в назначенный час, то у него возникло ощущение, что он вообще не спал: лишь закрыл вчера глаза, а потом сразу же открыл. Ощущение было не из приятных, – кружилась голова и в теле чувствовалась болезненная разбитость. Тем не менее, зарядку он сделал, а в виде уступки самому себе завтракать не стал – хотя день предстоял тяжелый – вместо этого выпив лишь чашку кофе, куда опять-таки в виде уступки, добавил ложечку коньяка (и кофе после этого стал невкусным), а выпив его, надел тот самый костюм, в котором сюда приехал – завязал модный галстук и какое-то время смотрел на себя в зеркало, точно не узнавая.

– Все будет в порядке, – сказал он.

И уже хотел, подхватив «дипломат», выйти из квартиры на улицу, как почувствовал в глубине прихожей некое шевеление – шевеление, шорохи, осторожный щелчок замка – а вслед за этим отрезая выход, из прихожей появился взъерошенный потный лейтенант и оперся о стену, – другой рукой прижимая к поясу вытащенный из кобуры пистолет.

Вид у него был совершенно отчаявшийся.

Этого еще не хватало, подумал Советник. Однако вслух, демонстрируя недовольство, сказал:

– Хорошо, что вы появились, лейтенант, вы мне нужны. Где вы носитесь, черт побери, я звоню вам все утро? – Он подождал, пока на лице лейтенанта проступит нормальное осмысленное выражение, и добавил – значительно тише, стараясь придать голосу отеческие интонации.

У лейтенанта немного прояснели глаза. А в голове бултыхнулось, словно перевернувшийся мозг встал на место.

Он вдруг шмыгнул носом:

– Вы – мне звонили?

– Разумеется, – спокойно ответил Советник. – Мы, в конце концов, договорились сотрудничать. Вот. Теперь мне есть, что вам предложить.