Изгнание беса (сборник)
Андрей Столяров - известный петербургский писатель-фантаст и ученый, активный участник семинара братьев Стругацких, основатель нового направления в отечественной литературе - турбореализма, обладатель престижных литературных премий. В этот том вошли избранные произведения писателя.Содержание:01. До света (рассказ) c.5-4302. Боги осенью (роман) c.44-19503. Детский мир (повесть) c.196-31104. Послание к коринфянам (повесть) c.312-39205. Как это все происходит (рассказ) c.393-42106. Телефон для глухих (повесть) c.422-49307. Изгнание беса (рассказ) c.494-54208. Взгляд со стороны (рассказ) c.543-57309. Пора сенокоса (рассказ) c.574-58410. Все в красном (рассказ) c.585-61811. Мумия (повесть) c.619-71112. Некто Бонапарт (рассказ) c.712-73713. Полнолуние (рассказ) c.738-77414. Мы, народ... (рассказ) c.775-79515. Жаворонок (роман) c.796-956
Архиепископ Зальцбургский на одном костре сжег девяносто семь человек. В Стране Басков казнили более шестисот ведьм. Во Франции сожгли женщину по обвинению в сожительстве с дьяволом, в результате чего она родила существо с головой волка и хвостом змеи. Профессор юриспруденции в Галле Христиан Томмазий сосчитал, что до начала просвещенного восемнадцатого века число жертв инквизиции превысило девять миллионов человек. Сожжения продолжались и позже”…
– Санаторий скоро разрушат, – внезапно сказал Герд. Он не хотел говорить, но его словно толкнули. – Санаторий разрушат, и мы все погибнем.
Голос был, как всегда, по-старчески сипловатый.
– Верьте мне, пожалуйста, верьте!… Я не знаю, как объяснить это, но я – чувствую…
Пару мгновений директор внимательно изучал его, а потом дернул щекой и тут же, чтобы не повторилось, прижал ее пальцами.
– Еще один прорицатель, – сказал он устало и безо всякого удивления. – Странно. Откуда вы только беретесь? – Немного подумал, отпустил щеку, провел по ней языком изнутри. Посмотрел на Карла. – Вот что… Глюк ведь пройдет через Маунт-Бейл?
– Да, – с запинкой, очень не сразу ответил Карл.
– Позвони туда… Только не от нас, на станции слушают наши переговоры. Позвони из поселка, кому-нибудь из “братьев”, так будет надежнее. Анонимный звонок не вызовет подозрений…
– Мы же обещали, – быстро и нервно, отводя глаза в сторону, напомнил Карл.
– Ну нельзя ему домой, нельзя, – морщась, сказал директор. – Ты думаешь, что мне очень хочется? Он же расскажет – и кто мы, и где мы, и чем тут занимаемся… А потом его все равно сожгут. Лучше уж тогда “братья” – сразу и без вопросов.
Он упорно глядел на Карла, а Карл, в свою очередь, на него – побледнев и, по-видимому, утвердившись в своем решении.
Пауза, казалось, никогда не кончится.
Директор не выдержал первый.
– Ладно, я тогда сам позвоню, – сказал он, пошевелившись и тем сняв напряжение. – Ладно. Не надо. Живи с чистой совестью."
"Вышел, и через две секунды басовито заурчал мотор. Знакомая, серая, похожая на жука машина выкатилась из гаража. Заблестела на солнце свежей, после ремонта, краской.
– Пойти напиться вдрызг, – задумчиво сказал Карл. Вдруг заметил Герда, который, подрагивая, жался в углу – глаза, как две сливы.
– Ничего, такая уж у нас жизнь, звереныш…
“Женевский епископ сжег в три месяца пятьсот колдуний. В Баварии один процесс привел на костер сразу сорок восемь ведьм разного возраста. В Каркасоне сожгли двести женщин, в Тулузе – более четырехсот. Некий господин Ранцов сжег в один день в своем имении, в Гольштейне, восемнадцать колдуний.














