Изгнание беса (сборник)

Выворачивает от дыма, я даже бросил курить…

Еще раз помахав на прощанье, он, по-видимому уже возвращаясь в образ, лихо поддернул штаны, хмыкнул, цыкнул и, переваливаясь, направился к задней калитке. Левой рукой – отмахивал, а правой – придерживал другую поллитровку в кармане. Ни дать ни взять – классический пролетарий. Черные смоляные пятна красовались на внутренности колен.

Подоспела Таисия и сразу же поинтересовалась:

– Ну как?

– Все в порядке, – небрежно ответил Конкин.

Он действительно успокоился. Разливалось кругом сумасшедшее щебетание птиц, чуть покачивались сережки на нежных березах, в небе плыли красивые блистающие облака, подсыхали низины, и молоденькая трава просвечивала на пригорках.

Настроение было отличное. Подбежал нетерпеливый Витюня и, схватив за рукав, спросил, когда они пойдут в лес. Договаривались же, что – пойдут.

– После обеда, – ответил Конкин.

Он по-прежнему смотрел за боковую калитку.

Там был луг, покореженный в прошлом году тракторами, выдавленная ими земля затвердела и меж рытвинами уже появился бурьян. А на другой стороне луга находилась дача Аптекаря: острозубая дранка крыши проглядывала сквозь сирень.

Глянцеватой сиренью заполнен был, кажется, весь участок. Вероятно, Аптекарю, было лень ее проредить, и вдоль пышных кустов перетекали пласты синеватого дыма. Невеликий костер, разожженный Витюней, уже прогорел, а они по-прежнему перетекали, – пучились, увеличивались в размерах, и в увеличении этом было что-то зловещее."

"Вдруг – всю толщу их прорезал красноватый неожиданный всплеск огня.

А за ним, догоняя – второй и третий…

– Пожар… – не своим, севшим голосом сказала Таисия.

Конкин и сам догадывался, что – пожар.

Сердце у него болезненно съежилось. Похолодело в груди. Он было двинулся – чтобы бежать. Но бежать было некуда. А главное – незачем. И, наверное, бесполезно было, предупреждая, кричать. Потому что Аптекарь, уже прошедший большую часть пути, как-то замер, прикладывая руки к физиономии, а затем повернулся и припустил обратно – подпрыгивая на рытвинах.

Однако, ушел он недалеко, – точно срезанный, рухнув посередине луга.

Скомканная фигура застыла.

И словно подчеркивая, что все уже кончено, треснул, проваливаясь, шифер на крыше, и освободившееся грозное пламя рвануло вверх.

Зонтик черного дыма расцвел над участком.

– Здорово горит! – восхищенно сказал Витюня.

Конкин ему не ответил. Он тянулся туда, где, точно живые, начинали корчиться среди дыма кусты сирени. Выстрелов он не слышал. Вероятно, оружие опять было с глушителями. Но он ждал, что к телу Аптекаря сейчас подойдут, – обыскать, забрать документы, и он их тогда увидит.

Никто, однако, не подошел, лишь потрескивание огня доносилось из травяного простора.