Изгнание беса (сборник)

Ты рождаешься заново и ты можешь выбрать то имя, которое тебе нравится.

– Пусть останется прежнее, – сказал я.

– Так – будет!..

Меч сильно вдавился мне в кожу. Жар был непереносим, казалось, рубашка сейчас задымится и вспыхнет. Ясно было, что долго мне так не выдержать. Но продолжалось это, к счастью, не больше мгновения. Раскаленный металл перешел как бы в свою полную противоположность, и возвышенная прохлада разлилась по всему телу.

– Поднимись, воин! Теперь ты принадлежишь к Дому Герриков!..

Я несколько неуверенно встал на ноги.

А Геррик, положив меч на столик, поднес к лицу обе ладони уже знакомым мне жестом, и сказал в синеватый туман, который вдруг затянул их внутреннюю поверхность:

– Объявляется всем!.

. Я – Геррик Беттофол Старший, из Дома Герриков, наследственный лорд Алломара, чье право подтверждено вечным Законом, член Императорского Совета, имеющий полный голос, владетель Гискарских гор и озера Натайико, объявляю для всеобщего сведения…

Дальнейших слов я не слышал. У меня, как на сдвинувшейся карусели, поплыла голова и, чтобы не упасть, я был вынужден схватиться за ближайшую стенку.

Тут же бухнула дверь на лестницу, послышались торопливые шаги в коридоре, и в комнату ворвалась Алиса, разъяренная, как фурия.

– Что ты наделал?!.

– Я посвятил его, – тихо, но с громадным достоинством сообщил Геррик.

– Ты прокричал об этом во всех Домах мира!..

– Таковы Законы, и я не вправе их изменить. О посвящении должно быть объявлено.

– Геррик! Геррик!..

– Ты знаешь это не хуже меня.

Алиса разжала пальцы, и сумка, откуда высовывались молочные упаковки, шмякнулась на пол.

– Тенто тоже услышит твой голос, – безнадежно сказала она.

– Пусть слышит…

– Геррик! Геррик!.. Что ты наделал!..

И тут Геррик показал, что он действительно лорд и глава Дома. Он вздернул угловатый костяной подбородок и посмотрел на Алису, точно из неимоверной дали.

– Я сделал то, что должен был сделать, – холодно сказал он. – А теперь ты сделай то, что по законам нашего Дома должна сделать женщина!

Алиса молчала.

– Ну?

В голосе звякнул металл.

Тогда Алиса обернулась ко мне и склонила голову.

– Приветствую тебя, отныне сражающийся… – негромко сказала она.

Ресницы ее подрагивали.

Так я стал воином.

А другое событие, еще более неожиданное, чем первое, произошло ближе к вечеру. После церемонии посвящения меня почему-то охватил приступ отупляющей слабости – пришлось лечь и провести почти три часа в постели. У меня по-прежнему плыла голова, а в груди вместо сердца была какая-то намокшая вата.

Кстати, Геррик находил это вполне естественным.

– Так и должно быть, – успокоил он меня, на мгновение прикоснувшись ко лбу. – Посвящение захватывает человека полностью. Зато потом у тебя будет прилив сил.