Изгнание беса (сборник)

И то, что в ее составе – представители многих национальностей, потому название «русская» мы практически не используем; и то, что дисциплина в ней добровольная, а значит и речи не может быть ни о каком принуждении, и то, как восторженно, будто освободителей, встречает их население, и какое снабжение, и сколько аккредитовано русских и иностранных корреспондентов. Вчера даже прилетела бригада из «Си-эн-эн», сообщает он с гордостью."

"Его искреннее вдохновение тоже – захватывает. Тепла звездная ночь, гулко пространство, раскинувшееся степными огнями.

Кармазанов испытывает нечто вроде волнения. А вдруг в самом деле осуществится здесь долгожданное чудо? Вдруг волшебная сила предназначения преодолеет мощь двух государств? Вдруг народная «армия» Жанны действительно войдет в Киев, и ликующие звоны колоколов возвестят о новой эпохе? Вероятно, он некоторое время колеблется. Перспективы заманчивы; звонко, радостно, нетерпеливо стучит у него сердце. Глаза начинают светиться фиолетово-темным расплавом. Но тут дважды дурным низким голосом взрыкивает сирена на другом берегу реки, мегафонное эхо, как ветер, проходит по ивам, вспыхивают туманные прожектора и безжалостными руками обшаривают небо и землю. Это украинский спецназ демонстрирует боевую готовность. Сказочные дремы развеиваются, сон не выдерживает столкновения с грубой реальностью. Д. Н. Кармазанов снова сух и спокоен. Он опять твердо знает, что ему следует делать. Молча следует он в поставленную шатром штабную палатку и бесстрастным взором окидывает набившихся туда командиров. И хотя ему, разумеется, не слишком приятно общаться с бывшими своими сотрудниками, уговаривать тех, кому недавно было вполне достаточно приказать, он с присущей ему энергией очерчивает создавшееся положение. Коротко, внятно и безапелляционно разъясняет он, что объединить два независимых государства им никто не позволит. Какие бы ни были даны сейчас обещания, выполнены они не будут. С какими бы декларациями ни выступили Россия и Украина, все останется на бумаге. Какие бы решения не принимались, они никогда не будут претворены в жизнь. Наивно было бы думать, что может произойти нечто иное. Вы хоть представляете, на что идете? – высокомерно интересуется он. Там, на другой стороне, не просто спецназ, там – ярые националисты. У них – оружие, техника, они будут стрелять не задумываясь. Положение их беспроигрышное: они защищают свою страну. Их не осудит ни одна международная организация… Он постукивает по импровизированному столу костяшками пальцев. Он поочередно склоняется к командирам то справа, то слева. Он намеренно заостряет некоторые из своих аргументов.