Изгнание беса (сборник)

Около восьми, как заведено, пробуждается весь лагерь: горьковатым дымком вновь тянет вдоль заводей и кувшинок. Зыбкие холстины тумана сворачиваются и утекают в сторону леса. Ровно в девять из штабной палатки появляется Жанна. Трое братьев Степано следуют за ней в некотором отдалении. Одета она по-походному: джинсы и защитного цвета блузка, рукава закатаны, на ногах – потрепанные кроссовки. Вспухшие от бессонницы веки, бледность, сутулость; прорисовываются лопатки, подошвы чуть шаркают по земле. Такой она запомнится всем, кто видел ее в эти минуты.

"

"Правда, пока ничто не предвещает несчастья. Разве что глаза у нее сегодня – темнее, с расширенными, как от атропина, зрачками. Впрочем, это, видимо, объясняется утомлением последних недель. Все же остальное выглядит, как обычно. Жанна подходит к деревянному зданию, где располагается местная поликлиника. Двое бойцов выносят цинковый бак, до краев полный водой. Хрюкает заведенный мотор, и подъезжает сливочная цистерна молоковоза. Зайчик держит наготове половник – чтобы зачерпывать. Это обряд, начало которому положено еще в Севастополе.

Жанна опускает в воду ладони и держит так секунд десять-пятнадцать. Глаза у нее прикрыты, губы беззвучно шевелятся. Творится молитва, способствующая, как полагают, стойкости духа. Сейчас бак выльют в молоковоз, и освященная Девой вода будет по чашке распределена между участниками похода. За церемонией, как обычно, наблюдают человек тридцать энтузиастов. Среди них – Кармазанов, рядом с которым топчется один из братьев Степано. Вероятно, дядя Паша считает, что Д. Н. Кармазанов опасен. Однако советник президента России держится непринужденно: будто такой же энтузиаст, взирает, как Жанна поднимает перед собой растопыренные ладони, как она их стряхивает на тех, кто глазеет на церемонию и как говорит очень тихо, но слышно даже в задних рядах: «Все. Идите!..» Ничего подозрительного в его поведении опять-таки нет. Ритуал завершается, как всегда, самым обыденным действием. Жанна спокойно, палец за пальцем вытирает ладони. Ну что, сигнал к сбору? – спрашивает Зайчик у дяди Паши. Дядя Паша кивает, Зайчик отшагивает, чтобы подать команду. Жанна возвращает махровое полотенце одному из бойцов. Все вполне мирно, и в этот момент раздается тупой громкий стук. Будто ударили по стене резиновым молоточком. Зрители смятенно вздрагивают. Ох!.. – восклицает кто-то вполголоса.

Со стены, из щелей, разъеденными дождями и ветром, сыпется мусор. С крыши срываются воробьи и паническими зигзагами проносятся над головами. Что это? – одними губами спрашивает побледневший Зайчик.