Изгнанник. Испытания раян

От обилия впечатлений ей хотелось опереться на него, на его силу, снова ощутить надежную опору. Словно почувствовав ее, аид спокойно протянул руку и сжал ладонь девушки. Раяна уловила быстрый взгляд Иннафинн, но не рассмотрела, что таилось в глубине ее глаз.

– Тогда будьте готовы завтра, – объявила она. – А сегодня отдыхайте, гуляйте, наслаждайтесь. Сифирь покажет вам ваши покои. Я же надеюсь услышать еще множество историй о вашей земле и нравах. И да, до окончания испытаний вы должны проживать отдельно. Таков закон.

Оникс вцепилась в пальцы Лавьера. Отдельно? Но она так привыкла к его присутствию! Ран улыбнулся.

– Мы постараемся пережить эту разлуку, хотя нам будет непросто. – Его глаза обожгли Оникс, и она почувствовала, как загорелись щеки. Матриарх снова окинула их быстрым взглядом.

Дальше им устроили чудесную прогулку по дворцу и ближайшим улицам, показали диковинный сад, где росли маленькие зеленые ягоды, из которых получался удивительный напиток, дающий силы и бодрость. Диковинок, поражающих воображение, в Теаль было немало, а ведь они увидели лишь малую часть даже не королевства – столицы. И везде Оникс видела улыбающихся раян, приветствующих их. У нее было ощущение, что она вернулась домой. И, похоже, Рана это беспокоило, хоть он и не показывал вида. Лавьер видел восторг в глазах Оникс, видел, с каким счастьем она разговаривает с девушками, показывает им свой лори и с изумлением рассматривает их. Впервые за свою жизнь она оказалась среди подобных себе, в месте, где раян почитали и любили, где они жили- прекрасные и несломленные. Счастливые.

Оставшись под деревьями сада, он наблюдал и чувствовал, как сжимается сердце от безотчетного страха. Он боялся потерять Оникс. С самого начала, с первого дня, он боялся потерять ее. Но что если их разлучит не боль, не жестокость, а счастье? Оникс была счастлива здесь. Ран видел это.

И задавался вопросом, сможет ли он сделать ее такой же счастливой.

И что, если она предпочтет остаться здесь, среди своих сестер?

Девушки у фонтана брызгались водой и смеялись, а Ран стоял, ощущая желание схватить Оникс и уже сейчас сбежать из этого королевства, наплевав на ритуал. Страх сжимал горло, и Лавьер ненавидел это чувство. И думал о том, как он поступит, если его жена решит остаться здесь. Он не сможет жить в королевстве Теаль. Как бы не был этот мир прекрасен, но это чужой мир. Мир, где правят женщины, для Рана был столь же чуждым, как все эти яркие птички в Сумеречной Империи. Но что, если Оникс захочет жить здесь? Сможет ли он отпустить ее и сына?

Горечь подкатила к горлу, сжимая его страхом. Остаться без них? Отпустить? Когда-то он обещал это Оникс, что отпустит, если она захочет уйти. Но сможет ли сделать это на самом деле?

Лавьер не знал ответ на этот вопрос.