Изгой

Дитем мне доводилось бывать на ночных стрельбах, так вот, там даже в идеальных условиях, когда бойцы лежат на рубеже и спокойно целятся по подсвеченным вспышками мишеням (лампочка мигает – имитация ведения огня противником), – результаты просто удручающие. А теперь прикиньте, каковы будут результаты, если мишень помчится зигзагами, стремительно удаляясь и петляя, и при этом выпадет из зоны интенсивной освещенности буквально через десять-пятнадцать секунд.

Но все это – освещенность, внезапность, стрельба – все здесь глубоко вторично, потому что основной вопрос сейчас таков: а какой смысл в этом рывке?!

Допустим, никто по нам не попал, добежали, укрылись, выдохлись, выложились на этих двух «сотках»...

А дальше что?

Через две минуты вражьи машины будут возле «пепелища» и с точностью до микрона повторят блокаду, которую они устроили нам здесь, в этой «свечке».

Ну и что, мы так и будем бегать от дома к дому до прибытия спецназа? Поправьте меня, если это не глупость на грани сумасшествия.

А до городских посадок от «пепелища» почти километр пустыря. И уже никакого расчета на внезапность и мощный спурт. Десять раз успеют покурить, догонят на внедорожниках и попросту передавят. Или постреляют с машин, на ходу, как зайцев, и никакого спецназа не надо.

Ну и какой нам резон устраивать для супостатов такое ночное сафари?

– Нам нужна машина, – привычно угадав мои мысли, констатировал Федя. – Если кто-то тихонько подъедет к «пепелищу» со стороны города... И примет нас на борт после рывка... Там до посадок меньше минуты на любой, самой убитой тачке... А так как теперь «маяка» на нас уже не будет, там уже точно замучаются искать...

Замечательная мысль!

«Кто-то тихонько подъедет»?!

«Кто-то» плюнет на то, что по нему обязательно будут стрелять и он в любой момент может погибнуть."

"Что надо будет вывозить из зоны поисковой активности объявленных в розыск особо опасных преступников.

Что, даже если все удастся, потом неизбежно будет следствие, которое на три счета установит, кто именно помог этим преступникам избежать заслуженной кары.

Иными словами, этот кто-то должен быть либо бэтменом, либо идиотом. И проживать этот идиобэтмен должен...

Так, нет, уже в районе менее десяти минут езды, мы тут думали и болтали, а время-то идет...

Я знаю одного такого типа, и он как раз живет примерно в пяти минутах езды отсюда.

Но тут у нас проблема: в последний раз, когда мы с ним общались, Федя избил его смертным боем, опозорил перед всем честным народом и вообще вычеркнул его из своей жизни.

– Гхм-кхм...

– Даже и не вспоминай, – потерянно пробормотал Федя, уловив мой посыл на ментальном уровне. – Лучше сдохнуть, чем просить о чем-то после такого...

– А ты тут не один, – жестко напомнил я. – Хочешь сдохнуть – вперед.