Изгой. Кровь и пламя

– Чтоб тебя! – выругался я, выходя из-за дуба и резко опуская металлический сапог на уцелевшую птичью голову, отлетевшую в мою сторону. Под ногой едва слышно хрупнуло. Лежащие вокруг камня кусочки плоти дергались, пара обрывков мяса старалась отползти прочь от костра.

– Сожгите всю эту мерзость, – велел я. – И тела гоблинов туда же. А потом… потом затушите этот чертов позор!

– Если не Тарис, то Риз, – успокаивающе прогудел Рикар. – Они много повидали, господин. Обхитрить их тяжело.

– Ты знал, что так выйдет?

– Нет. Но предполагал. Однако почему не испробовать? И старик порой при бритье по щеке кровь пускает.

– И на старуху бывает проруха, – перефразировал я. – Чтоб их! Час отдыха! А затем следуем за ними дальше!

– А если Тарис идет дорогой, ведущей прямо в ад, господин?

– Значит, доведем его до самого входа и поплотнее захлопнем за ними ворота! – отрезал я. – Куда же он ведет свои войска? Да еще так быстро?

– Хорошо, что быстро, господин, – хищно усмехнулся Рикар. – Шурды ходоки никудышные. Скоро начнут падать и дохнуть. А мы добьем тех, кто еще не подох. Эй! Оглохли, что ли? Привал! И тащите тех дохлых тварей сюда! Пора их обратить в уголья!

Отступление восьмое"

"Седобородый.

Седовласый. В белоснежном балахоне. Подпоясанный широким красным кушаком. Стоящий босыми ногами на стылом камне – чисто выметенном силами простых монахов. Вокруг старца руины… с первого взгляда уже и не понять, что было здесь построено раньше, в минувшие века… Взор угадывал очертания просторного внутреннего двора, остатки толстых каменных стен, разрушенные остовы внушительной центральной постройки. И все это размещалось не где-нибудь, а на вершине величественной горы, возвышающейся над равнинной местностью. Внизу лишь лес да редкие прогалины. Видно несколько рек, обтекающих по бокам давно уж ставшую безымянной гору. Немногим живущим ныне людям удалось увидеть знаменитую некогда гору на своем веку. Но многие о ней слышали.

Святогорье. Так называли ее в далеком прошлом. Монастырь, церковь, обширные постройки, мощенные камнем дороги и дворы, глубокие подвалы, высокие башни и почти непрестанный звон многочисленных колоколов – вот каким было Святогорье ранее.

А сейчас это лишь заросшая сорным кустарников высокая гора с жалкими остатками закопченных каменных построек.

Святогорье было разрушено войсками Тариса. Здесь погибло десять тысяч людей… – не только воины и церковные служители, но и обычные селяне, горожане – все они прибыли сюда в поисках защиты, пытались спрятаться за толстыми каменными стенами и горячими молитвами Создателю. Не помогло.

Войска Тариса обрушили на Святогорье каменный и огненный град. Осадные машины без продыха работали несколько дней.