Измена: B-52 (СИ)

- Очень по-взрослому, Давыдов.

- Не фамильярничай.

- Тебе сколько лет вообще?

- Тридцать пять.

Снова втыкает нож в доску, поднимает глаза, но тут же замирает — явно не ожидал ТАКОЙ наглости, я же в ответ усмехаюсь.

- Да ну? А кажется пятнадцать. Посуда? Теперь одежда? Что дальше? За косички меня дергать будешь?

- Это что?! Моя рубашка?!

- Именно она. Слышала, что тебя бесит, когда трогают твои вещи? Как жалко-о-о то, ну ничего. Переживешь.

- Ты…

- И знаешь что? Давай я тоже попробую вести себя, как ты? - надуваю щеки, расправляю плечи и передразниваю его, уперев руки в бока и нахмурив брови, - Ой, посмотрите на меня. Я — Стас Давыдов, такой весь из себя крутой шеф-повар, который думает, что весь мир — сцена, а я в нем Примадонна, которая всем вокруг интересна.

Расслабляюсь. Вижу, что злится так, что аж глаза горят, а за спиной моей смешки только подогревают его бешенство. Но я не улыбаюсь — я слишком устала, поэтому так и смотрю на него, еще цыкаю и слегка закатываю глаза.

- Похоже? Думаю да. Так вот, Давыдов, у меня для тебя новость: мне абсолютно наплевать на тебя, поэтому отвали наконец!

Моя одежда лежит стопкой прямо рядом с ним, и я стягиваю ее — концерт окончен. Или нет? Стоит мне повернуться, как, конечно же, мне в спину летит «последняя» точка.

- Может тебе расслабиться, мышка? Выпей B-52…

А я делаю из нее запятую назло.

- Спасибо, но свой плохой день я уже пережила. Одна, кстати, и это было намного лучше, чем будь я с кем-то.

Молчит. Вот так то. Теперь точка.

Глава VI. Вот теперь по-взрослому

Кажется, Давыдов угомонился наконец, хотя нет, скорее отвлекся. На кухне царит цейтнот, как никак: заказов куча, народа еще больше, а я наконец могу увидеть то, о чем все вокруг говорят, своими глазами. Стас в деле похож на супер-злобного льва. Орет дурниной, кидается продуктами, даже уволил одного повара, когда тот, по мнению Примадонны, мешал неправильно соус. Нет, я язвлю, а Давыдову то скорее всего виднее, и все равно, как по мне, конкретный борщ. Он даже на бедную Аську наорал, и та уже минут сорок рыдает в туалете, прибавив тем самым работы нашей смене. Стас и с Леной по этому поводу поссорился, но, как говорится, сделанного не воротишь, а у него нет времени размениваться на сожаления. Радует лишь одно: меня он будто не замечает, так что есть надежда, что на сегодня я отхватила сполна.

Ага, как же."

"После того, как я возвращаюсь с «перекура», а в моем случае просто с небольшой паузы на улице, работа кипит еще интенсивней. Кажется, что народа становится только больше и больше, точнее: ресторан забит под завязку.