Измена. Горечь предательства

Ради себя самой, ради своего малыша, которого ждала столькие годы. Теперь мне нужно думать лишь о том, как уберечь его, иначе моя жизнь окончательно превратится в прах.

Но мне так плохо, что даже дыхание сбивается. Не могу поверить в то, что Андрей так поступил со мной. Я ведь верила ему. Верила в нашу любовь, семью… За что он так обошелся со мной? Я думала, что у нас все хорошо, что мы любим друг друга! А оказалось, любила только я, ведь иначе он бы никогда не изменил. Но если его что-то не устраивало, почему нельзя было просто сказать об этом и по-человечески разойтись со мной, а уже потом строить отношения с другой женщиной?

Да, это тоже ранило бы, но не так, как сейчас. И эта боль отравляет, проникает в каждую клеточку моего тела и атрофирует мозг. Я, и правда, соображаю сейчас с трудом. Тело почти не слушается, будто во сне, когда ты отчаянно хочешь убежать, но никак не получается.

Я не хочу жить с Андреем дальше. Просто не представляю, как это возможно после всего этого. Впереди я вижу только развод, и ничего более. Он ведь не просто мне изменил, он изменил мне с моей подругой, которую еще и обрюхатил! Даже страшно представить, как долго это продолжалось. Минимум полгода, а то и больше.

От этой мысли меня начинает колотить, как во время горячки. Столько же времени он смотрел мне в глаза и лгал, а я даже не заподозрила ничего. Какая же я была слепая дура! Все происходило прямо у меня под носом, а я ничего не замечала."

"Мне бы, и правда, уйти отсюда прямо сейчас, чтобы не наблюдать, как эта мерзавка, втаптывая остатки моей гордости, будет покидать спальню, в которой ублажала моего мужа.

Но что-то на подсознании подсказывает, что если я уйду сейчас, то проиграю. Просто брошу свою жизнь к ногам бывшей подруги, а она с радостью ее подберет, оставив меня ни с чем. Нет, я не хочу так. Это она должна страдать, а не я!

В коридоре раздаются шорохи, а следом мне в спину летят колкие слова Маши:

- Сейчас я уйду, но это ненадолго. А вот ты скоро уберешься отсюда навсегда!

- Да закрой ты уже рот и иди! - рычит на нее Андрей, после чего входная дверь с грохотом захлопывается.

Крепко зажмуриваю глаза, и по щекам бегут горячие слезы. Сколько же в Маше сейчас желчи и яда, а ведь я столько лет считала ее лучшей подругой! Почему я раньше не видела ее отношения ко мне? И как я проглядела тот момент, когда ее дружба переросла в желание увести моего мужа? Или не было никогда никакой дружбы?

Внезапно меня опоясывает противная тянущая боль, как во время месячных. Не знаю, бывает ли такое при беременности, ведь у меня она случилась впервые. Но почему-то мне кажется, что это вовсе ненормально.

Слышу за спиной приближающиеся шаги Андрея. Уже представляю, как его ладони вновь опустятся на мои плечи, и мне становится тошно, в прямом смысле этого слова.