Измена. Кукольная лавка попаданки (СИ)

Я не отдам девочку чужому мужику. Которому я не доверяю! За Роной уход нужен. Женская рука, ласка… Глаз да глаз за бойкой девочкой! А этот Ален только и умел, что ходить по баба… По развратным гулящим девкам. Еще и Раймона с собой водил, наверняка, наглец. Я вспыхнула до кончиков ушей, когда до меня дошло: у меня полно проблем, которые требуют неотложного решения. А я? Что делала я? Страдала по тому, что Раймон ходил по домам разврата со своим другом? И уже ревновала к каждой блудливой кошке, что так и норовила повеситься на шею этому красавчику? О небо, я так Альберта не ревновала! Хотя виделась и общалась с ним примерно столько же, сколько с Раймоном. Аж полный ноль, ха-ха. Я нервно рассмеялась. Надеясь, что девочка не услышит этот горький смешок и не станет расспрашивать меня о том, что случилось.

– Я никому не скажу. Обещаю, – мягко проговорила я, перебирая волосы Роны.

Та дрожала мелкой дрожью, будто от страха, и даже не плакала. А потом вдруг вывернулась из моих рук и подбежала к покрывалу. На плотной ткани виднелись темные пятна от огня, и оно благоухало не розами, а дымом.

– Это сделала я? – Рона так же, стоя на коленях, повернулась ко мне.

Ее лицо исказилось какой-то слишком взрослой гримасой горечи. Будто ей стало стыдно и обидно за саму себя. Рона продолжила:

– Я пыталась тебя убить, да, Сильвия? И чуть не устроила пожар. Если бы ты не затоптала огонь, он сжег бы таверну. Я чудовище, правильно Кэсси говорила!

– Рона, ты не виновата! – вскричала я.

Но Рона уткнулась лицом в покрывало, и плечи ее затряслись. Я не поняла, то ли она просто плачет, то ли у нее уже истерика. Но ни тот, ни тот вариант меня не устраивал. Я не хотела, чтобы Рона страдала или казнила себя за то, что не в ее власти. Но я видела: пустыми разговорами тут не поможешь. Нужно что-то делать! И я бросилась к ней. Простые объятия не помогли. Рона словно их не почувствовала. И тут мне на глаза попалась простая тряпичная кукла, забытая на подоконнике таверны кем-то из постояльцев. Самая обычная: руки-ноги из тряпочек, набитых чем-то мягким, как и тело куклы. Нитяные волосы желтого цвета, синие глаза пуговки, растянутый в нарисованной улыбке рот.

«Интересно, чем поможет девочке эта кукла? – съехидничал мой мозг, когда я схватила куклу. – Это же не живой человек! Кукла не сможет утешить Рону и переубедить…»

– Вот бы ты ожила! – с какой-то непонятной злостью, вернее, отчаянием я перехватила куклу удобнее.

Я сжала ее в руках. Но сама вскрикнула! От моих пальцев пошел какой-то свет. Голубоватый, как из глаз Роны ночью! И кукла задергалась в моих цепких пальцах, как живая.

– Пусти! – тонким голоском пропищала кукла. – Я жаловаться буду!

– Кому?

Я решила, что сбрендила окончательно. Раз говорю с куклой. Раз решила, что обладаю какой-то особенной магией.