Измена. Найти свое счастье (СИ)

 — Чтобы даже мыслей таких в голове не держала!

— А то что? Накажешь? — за игривостью прячу смущение.

Щёки моментально краснеют, стоит вспомнить «наказания» моего мужа. Низ живот сводит от сладкой судороги, потому что я не просто беременная женщина. Я напичканная гормонами женщина, которая безумно скучала.

— Обязательно накажу, — словно обещая, Лев оттягивает мою губу и прикусывает до лёгкой боли.

— Ааа… Ой! — кричу, смаргивая слёзы.

Муж пугается и разжимает руки. Его откровенно трясёт, пока он ощупывает пальцами мои плечи, щёки и скулы.

— Лиз? Лизка? Сильно, да?

— Очень, — плачу, понимая, что не могу разогнуться. — Твой сын очень хочет к тебе.

Новая схватка накатывает сразу за предыдущей.

Я дышу еле-еле, хватаюсь за одежду мужа и стонаю, стенаю и, кажется, даже кого-то проклинаю.

— Я думал, что укусил слишком сильно, — мой сдержанный мужчина выдыхает, поднимая меня на руки и вместе со мной шагая к постели. Сажает меня на неё. — Дыши, как нас учили. Давай, на счёт раз…

— А-а-а, — сбиваюсь. — А… А… А кто тебе… Сказал?

Мне даже вопрос не задать.

Лёва нажимает кнопку вызова персонала и давит на мои плечи, заставляя лечь на спину. Действует спокойно и уверенно.

— Даниэль поднял всех на уши. Связался с начальником колонии, узнал у него, что я выехал в аэропорт. Вздрючил всех в аэропорту. Но я уже тогда был в воздухе.

— Моло… ах… Молодец!"

"Я рада, что у нас есть такой надёжный тыл, как Даниэль. Он прилетел в гости неделю назад, решив, что очень соскучился. Мы тоже соскучились, конечно. Но на самом деле у него сорваться с привычного места была особенная причина.

Девушка, с которой он познакомился в Палермо, вернулась домой. А он не выдержал разлуки. Мне даже стало интересно, кто смог покорить сердце нашего ветреного Дани.

— Так, — нас прерывает появившаяся делегация в белых халатах. врач, медсестра, толкающая перед собой тумбу с каким-то прибором, и Ниночка Борисовна. — Разводим ножки и показываем, что у нас.

Лев сам задирает на мне ночную рубашку и кладёт ладони на колени, разводя их в стороны.

Моё сердце бухает так громко, что заглушает все остальные звуки. Я вижу шевелящиеся рты, но не слышу ни одного слова.

— Давай сюда, — муж снова склоняется и отрывает меня от кушетки, — приземляемся. Пристегните ремни перед взлётом, — шутит, и медсестра с врачом прыскают от смеха.

Мне поправляют компрессионные чулки, надетые ещё при поступлении. Вроде бы шуршат пелёнками и даже звенят какими-то приборами. Я не вижу ничего, сосредоточив всё внимание на глазах Лёвы.

— Тебе надо выйти, — прошу, втайне боясь, что он меня послушается.

Но он должен выйти, потому что наблюдать за процессом родом мужчине не стоит. Я читала на разных форумах о самых неожиданных последствиях.