Измена. Найти свое счастье (СИ)
Открываю дверь и словно натыкаюсь на невидимую стену. Стену, которая отрезает меня от внешнего мира, глушит все звуки, кроме стонов, разносящихся по кабинету моего мужа. Захар, прикрыв глаза, совершает ритмичные движения бёдрами, сжав в кулаке длинные женские волосы. Стоны становятся протяжнее, девушка поднимает голову, и я проваливаюсь в бездну, отказываясь верить увиденному. Моя лучшая подруга кусает губы, чтобы не закричать. Тьма вокруг сгущается, когда муж делает последний рывок и на выдохе произносит… моё имя… *** Я всего лишь стремилась помочь, поднимая упавшие деньги. Протянула их хозяину, ещё не зная, что попала по иронии судьбы не в то время, и не то место. Ему хватило одного взгляда, чтобы принять решение… И теперь я — обычная студентка — оказалась втянута в политические игры. Смогу ли я выйти из игры без потерь, или он разрушит не только мою жизнь, но и разобьёт моё сердце?
Я не запомнил ни одного имени, но старательно делал вид, что поглощён рассказом, лапая округлые формы под обтягивающей майкой.
«Детка, займи рот более приятными вещами», — хотелось перебить её и утащить в уборную, что я в итоге и сделал.
Ртом она работать не умеет, к слову, зато в постели удивила парой — тройкой акробатических трюков. Я и не знал, что синьорины умеют так гнуться!
Но это на разок. Сейчас я свалю и больше мы не пересечёмся, потому что я никогда и ни при каких обстоятельствах не завожу отношений, не повторяю встреч и не влюбляюсь. Быть циником иногда так прекрасно.
* * *Дымя второй сигаретой, ободряю отца и даже обещаю набрать брата, чтобы всыпать ему словесных пропиздонов.
Лететь ради воспитательной цели на день не могу себе позволить: именно сейчас я занят продвижением своего дела и решаю важные моменты перед длительной командировкой на родину.
Кстати, если повезёт, вполне успею прилететь на свадьбу Захара. Брак планируется краткосрочный и фиктивный, но знает об этом ограниченный круг людей."
"Мать вон уже наряд купила, тоже собирается лететь. Уверен, что в ближайшие дни опустошит ещё несколько бутиков, подбирая сногсшибательное платье. Она красива — это факт. Но порой ведёт себя как ребенок. От её зашкаливающих и наигранных восторгов меня перманентно подташнивает. К счастью, эти концерты она даёт исключительно на публику, среди близких становясь нормальным человеком.
Могу понять, что в ней зацепило когда-то родного отца: яркая, взрывная, женщина-праздник. И если я когда-то и свяжу себя путами, то выберу такую же, чтобы держала в тонусе и не дала свихнуться от скуки.
Попрощавшись, отщёлкиваю окурок в стеклянную миску, заменяющую пепельницу и отправляюсь искать свой шмот: надо сваливать до пробуждения хозяйки. Ненавижу утренние разговоры и ненужные вопросы.
Мы неплохо провели время, но на этом наши пути расходятся.
Джинсы нахожу брошенными в крошечной ванной. Футболку — среди женских вещей на единственном кресле. Кроссовки оказываются в кухне на подоконнике. Как ни напрягаю память, не могу вспомнить, когда и зачем я их, бл#дь, сюда поставил.
Выуживаю их холодильника бутылку минералки, смачиваю горло и оставляю на столе, придавив несколько крупных купюр. Надеюсь, девчонка купит себе что-нибудь в утешение и не будет посылать на мою голову проклятья.
Покидаю квартирку, захлопнув дверь, и оказываюсь на оживлённой улице. Обожаю ночную жизнь Палермо.
Разморённый и разомлевший на дневном солнце город ночью превращается в неспящий единый организм. Из каждого бара доносится качающая музыка, рядом с вывесками толпится молодёжь, туристы снуют от здания к зданию, фотографируя всё, что кажется интересным. И пахнет морем.

















