Измена не самое страшное [СИ]

— Какое? — немного выдыхая, спросила с интересом, переводя взор на экран.

Вместо режима ожидания на нем вдруг появилась наша спальня. Нахмурившись, никак не могла понять, чего занимательного в этой картинке. Но чем дальше шло видео, тем больше накрывало пониманием. Вот дверь открывается и мена на руках в спальню вносит Мурат. Ставит у кровати… Я зажмуриваю глаза, но звук никуда не девается. Даже этого достаточно для того, чтобы волна страха, омерзения и злости прокатилась по телу.

— Зачем? — убито произнесла, стараясь не смотреть на экран, желая заткнуть уши от своего душераздирающего крика и грубого приказа: «Кричи!».

Мозг отказывался ассоциировать меня с той, что страдает на экране. Для меня это была какая-то посторонняя девушка, над которой издевались. Мне было ее искренне жаль, а ещё стыдно смотреть на то, что с ней делал Мурат."

"— На память, — спокойно пояснил муж, я же посмотрела в его глаза с сомнением. Пытаясь найти там хоть тень шутки или насмешки. Но не нашла… — Это лучшая ночь в моей жизни. Но! У меня есть еще кое-что, — бросает он с металлом в голосе, а лицо приобретает какие-то хищные очертания.

Мозг мой никак не может проанализировать увиденное. Для чего он мне это показывает, что хочет этим донести.

«Это я. Прости меня, пожалуйста…» — из мыслей вырывает мой диалог с Катей. И действительно, на видео я сижу в той же спальне и говорю с подругой. Он следил за мной? Подслушивал? На душе становиться гадко от этого осознания.

А дальше… Я пересказывала подруге нашу ночь, попутно называла Мурата уродом, чудовищем и больным.

— Подружкам жалуешься? — убийственно холодно пророкотал муж, медленно поворачиваясь ко мне. Липкая волна страха прокатилась по спине, будто окатив ледяной водой.

Инстинкт самосохранения сработал на отлично. Резко подорвавшись с места и схватив свой телефон, рванула в сторону кухни. Не понимала, откуда у меня появились силы, если еще час назад еле передвигалась. По всей видимости, организм сгруппировался и отдал все силы на спасение. Мурат среагировал молниеносно.

— Стой! — взревел он, нагоняя меня, пытаясь схватить.

— Помогите! — истошно завизжала, до одури боясь его в тот момент. Уже знала наперед, что если догонит — ударит. Больше во мне не было веры в то, что Мурат не будет обижать. Я четко осознавала — это станет системой. Надеялась на Аллу Викторовну, но она словно испарилась.

Пульс набатом бил в ушах, адреналин циркулировал по венам, а во рту пересохло от испуга. Совершенно не ориентируясь в доме, открыла первую попавшуюся дверь. И о чудо, не иначе, но я успела влететь в какое-то подсобное помещение с тряпками, ведрами и швабрами, закрывая дверь практически перед носом мужа.

Повернула замок и ручку двери тут же задергали, как в фильмах ужасов.