Измена не самое страшное [СИ]

— Ангелина Константиновна, — с нескрываемым волнением и испугом, звала меня Алла Викторовна, — Вы в порядке?

— Что со мной будет? — фыркнула в ответ, не испытывая к ней ни капли уважения.

Если по наивности первое время я ждала от этой женщины сочувствия и помощи, то после одного эпизода, она для меня перестала существовать.

Года два назад мы с Муратом очень сильно повздорили из-за Карины. Эта «ночная бабочка» настолько обозрела, что заняла одну из комнат в доме и полоскала свои телеса в нашем бассейне.

Так вот, я стояла около лестницы и кричала на мужа, требуя убрать его ручное домашнее животное из нашего дома. Мурат сперва орал в ответ, потом тряс за плечи, а следом откинул от себя, и я кубарем полетела вниз. Как итог, перелом руки, очередное сотрясение, множественные ушибы. Находясь в отчаяньи, вызвала полицию в намерении засадить этого урода. И что вы думаете? Приехали эти защитники даже быстрее скорой, оглядели дом, затем меня. Ознакомились с документами, поняли, что я жена и отказались принимать заявление. На мои крики и угрозы, они пригрозили мне штрафом или арестом. Сами того не понимая, полицейские лишили меня любой надежды и веры в справедливость. С отвращением наблюдала, как Мурат сует им в карманы деньги, а Алла Викторовна горячо убеждает, что я напилась и оступилась…

Не перевариваю эту продажную стерву, готовую целовать ботинки моего ублюдка-мужа за кругленькую сумму. Но зато «собачонку» я выжила, сыграла на очередном приступе любви Мурата, и Карина свалила с моей территории…

— Видимо что-то с трансформатором… — объясняла экономка, словно я спрашивала ее предположения.

— Ну так решите эту проблему, меньше слов, больше дела — рявкнула, заходя в гостиную и окидывая ее недовольным взором.

— Да, сейчас, — засуетилась она доставая из кармана телефон, — Страшно-то как…

— С чего это? — усмехнулась, плюхаясь на диван и рассматривая предзакатное небо.

— Как же, — удивилась она, — Дом такой большой, нас двое, да и камеры не работают…

Больше я ее не слушала, будто провалилась в какой-то вакуум. Отсутствие света и камер наблюдения дало мне проблеск надежды на то, что я смогу раскрыть правду о незаконной деятельности моего мужа. Стоило лишь проникнуть в его кабинет. Глупо полагать, что он весь компромат оставил на столе, но всё же…

С каждым новым шагом приближающим меня к заветной двери, я боролась с сомнениями и страхами, закрадывающимися в мою душу. Внизу суетилась и кудахтала Алла Викторовна, а я сославшись на необходимость принять душ, пошла наверх.

Добравшись до кабинета мужа, почувствовала, как по венам пронеслась волна трепета и решимости. Стараясь не шуметь, осторожно отворила дверь и проскользнула внутрь.