Измена. Раненые сердца
— Ты не убивайся так сильно, Аня. Выкидыш это к лучшему. Ведь я и не хотел этого ребёнка, мне он никогда не был нужен. — безжалостно сказал Дима, бывший муж Ани, его слова были как удар в живот. — Ты знаешь, что я люблю Регину, она носит моего ребенка. А твой… он был бы помехой.— Ты… ты не имеешь права говорить так! — прошипела Аня. — Это мой ребенок! Был моим… Мне плевать, что он не был нужен тебе, он был нужен мне!— Я думаю, что тебе нужно было сделать аборт сразу, как только ты узнала. Тогда мы избежали бы этой лишней драмы.Лицо Аны исказилось в агонии, когда она издала вопль боли.— Как можно говорить так о своей плоти и крови? Ты называешь своего ребенка помехой.— Аня Аня Аня… какая же ты глупая. Я знаю о твоих намерениях. Ты хотела, чтобы я вернулся к тебе, думала, что ребенок поможет, что он привяжет меня к тебе, но тебе следовало подумать о последствиях, а теперь ты по своей же глупости лежишь здесь и ноешь из-за какого-то плода. — голос Димы сочился презрением.
Он упал на кафель, разбрызгивая пену.
— Вот же чёрт! Одевайся, свекровь привезла детей. Ну почему они так рано?! — воскликнула она, и в ее голосе слышалась нотка паники.
Аня быстро смыла с себя остатки геля, закуталась в полотенце и побежала в комнату. Она начала рыться в шкафу в поисках, что надеть.
В итоге Аня нацепила джинсы и свободную футболку. Потом подошла к зеркалу и увидела засосы на своей шее.
— Этого еще не хватало, у свекрови будут вопросики. Не оставляй больше засосы на видных местах.
Аня залезла в косметичку, достала консилер и начала быстро его наносить на кожу, чтобы скрыть любовные укусы.
— Но мне нравится оставлять их именно на твоей шее.
Аня бросила на него испепеляющий взгляд, но Ринат лишь усмехнулся.
Тем временем домофон настойчиво разрывался. Аня взглянула в зеркало, пригладила волосы, глубоко вздохнула и пошла открывать.
Аня открыла дверь, но перед ней стояли не дети…
Это был Дима.
Глава 57
Аня не хотела видеть Диму, особенно после того, как у нее всё стало налаживаться и после того, как она провела романтическую ночь с Ринатом.
— Что ты здесь делаешь? — Аня старалась сохранить нейтральный тон.
Дима выглядел ужасно. Измученный, с красными глазами и темными кругами под ними, он, казалось, постарел со дня их последней встречи. В его глазах таилась глубокая печаль.
— Привет, Аня. Могу ли я войти? — он прислонился к дверному косяку, как будто ему нужна была его поддержка.
— Чего ты хочешь, Дима? — осторожно спросила Аня. — Детей дома нет. А нам с тобой говорить не о чем. К слову, Даша тоже не хочет тебя видеть.
Дима слегка кивнул, как будто ожидал такого ответа.
Потом он тяжело вздохнул и медленно вошел в квартиру. Он с грустью оглядел знакомые стены, словно пытаясь найти в них утешение, но тщетно.
— Я знаю, что не имею права просить тебя о чем-либо, — проговорил он, голос его был тихим и хриплым. — Но я просто… так хотел увидеть тебя.
Аня отвернулась, не глядя на него. Она чувствовала, как сердце ее сжимается от боли и жалости. Дима был отцом её детей, но их отношения давно превратились в руины.
— Это твой новый план? Ты ведь хочешь, чтобы я отказалась от должности генерального директора?
Дима поднял голову, удивленный вопросом.
— Нет, Аня, я совсем не поэтому пришел, — сказал Дима, сделав шаг вперед. — Я не хочу мешать твоему успеху. Я горжусь тобой, честно.
Аня пристально посмотрела на него, пытаясь прочитать его истинные намерения.
— Тогда зачем ты здесь? — спросила она, стараясь сохранять холодный тон. — Что тебе нужно?
Вдруг Дима упал на колени перед Аней."
"Аня остолбенела, увидев, как Дима опускается на колени прямо перед ней.











