Измена. Сбежать от любви (СИ)

Мы поговорим сейчас, — цежу сквозь зубы.

А в следующее мгновение происходит то, что всю ярость я обрушиваю на неё абсолютно диким и жадным поцелуем…

__________

*Фатал (от англ. fatal) — смертельный.

Глава 17

Глеб

На самом деле, если кто и долбанутый во всём, что происходит, то это я. Причём в этот самый момент. От переизбытка эмоций не придумал ничего лучшего, чем наброситься на неё со своими лобызаниями. Молодец, Глеб! Красавчик!

Ворвавшись в рот Беловой, шарю в нём с остервенением, издавая надсадный гортанный рык. С силой сжимаю за лопатки и вдавливаю в себя. Она выдаёт тихий стон, от которого меня ещё больше кроет. Начинаю гулять своими руками по её телу. Всю облапал куда добрался. Янка не то чтобы активно мне отвечает, но и не отталкивает, а значит… Позволяет. Окей. Понял. Поддеваю её за бёдра, насаживаю на себя и, не разрывая поцелуя, тащу в комнату. По пути спотыкаюсь о грёбаный коврик и валюсь с ней на диван. В принципе, так и хотел.

— Белова… — хриплю, ненадолго отрываясь от её губ. — Какого ты чёрта, постоянно сбегаешь? — и снова набрасываюсь.

Покрываю быстрыми поцелуями её губы, лицо, шею. Дёргаю мокрый плащ и рывками освобождаю из него. Поддеваю край водолазки, стаскиваю. Она остаётся в одном лифчике. Тут же тащу с себя весь верх и швыряю куда-то в сторону. Член сразу запускает сигнальную ракету SOS, оповещая о бедствии, которое мы терпим. “Хочу! Хочу её!” — долбит в висках. Касаюсь и веду губами по её лицу: кончик носа, висок, скула. Прикусываю мочку уха и посасываю её. Яна опять издаёт рваный стон. Втягиваю её нежную кожу на плече, оставляя розоватый след на шелковистой коже. Бля, не сдержался!

— Янка… — дышу, как паровоз. Смотрю на неё опьянённым взглядом. — Яна?

Глаза Беловой прикрыты, а из уголков глаз потекли тоненькие струйки слёз. Да какого чёрта-то?

— Думал, прибью тебя, а получилось… — усмехаюсь и медленно слезаю с неё. — Ян? — сажусь на диван сбоку от Беловой, упираясь локтями в колени. Роняю лицо в ладони и начинаю его растирать. Потом откидываюсь на спинку дивана, запрокидываю голову и накрываю глаза рукой."

"— Теперь поговорим? — дыхание всё ещё сбивчивое. — Ты нахрена утром свалила одна? — говорю уставшим голосом, не меняя положения тела. — Я чуть с ума не сошёл. Всю округу исколесил. Дверь в вашу квартиру чуть не выставил. А, Ян? Нахрена?

Молчит.

— Я и подарки твоей матери взял, как ты просила, — криво усмехаюсь. — Полным дебилом себя чувствовал, но взял. Чтоб не совсем в наглую харю у вас жрать.

Тишину нарушают только её всхлипы.

— А чё ты-то ревёшь? Я, вообще-то, переживал, а ещё злился, — второй рукой нащупываю её голову и глажу по волосам. — Начал уже беспокоиться, но больше, конечно, злился. Ты меня второй раз опрокидываешь. Я же тебе говорил: мне важна эта работа. И не нужны проблемы.