Измена. Во все тяжкие
-В смысле, в моем случае? – я неосознанно заправляю прядь волос за ухо. Всегда так делаю, когда нервничаю. – Разве это не молочница? – чувствуя, как начинает ускоряться мое сердце, немного приоткрываю рот, чтобы глотнуть как можно больше воздуха.-Нет, это не молочница, - голос докторши до омерзения спокоен. – У Вас гонорея.Кажется, что твоя жизнь почти идеальна?..Просто кажется.Однажды придется расстаться с иллюзиями и... пуститься во все тяжкие.
"
"Когда я выхожу из машины, меня трясет еще сильнее, чем прежде. Вообще удивляюсь, как я доехала, не устроив никакой аварии.
-Мам, привет, - я даже не успеваю дойти до крыльца, как на пороге дома появляется Маша.
-Привет, где папа? – спрашиваю довольно резко, даже не поинтересовавшись, куда направляется дочь.
-С кем-то по телефону разговаривает на кухне, - Маша смотрит на меня с недоумением. – Ты как? Всё нормально?
Не ответив, захожу в дом. С каждым шагом сердце бухает в груди всё тяжелее и тяжелее. Иду, словно на эшафот. Не знаю, что буду говорить сейчас сама, что будет говорить Володя, но ясно понимаю одно: уже ничего не будет так, как раньше.
-Мама, я пойду, с ребятами погуляю на улице. Потом уроки доделаю, - летит вслед голос дочери.
-Хорошо, - на секунду обернувшись, одобряю я. Сегодня мне точно не до уроков. Пусть вообще их не делает, если не хочет.
На подкашивающихся ногах упрямо продолжаю движение. Увидев наконец Володю, замираю и обессилено прислоняюсь к стене. Володя, практически сразу заметив, что уже не один, окидывает меня удивленным взглядом.
-Я перезвоню, - он, ни мгновения не раздумывая, завершает разговор и кладет телефон на подоконник.
Нас разделяет всего лишь несколько сантиметров, и я отчетливо слышу его учащенное дыхание. А ведь ещё полминуты назад он, кажется, был вполне спокоен. Вывод?.. Либо мой вид настолько ужасен, что Володя так испугался, либо… Либо, он догадывается о том, что могло произойти.
-Что с тобой? – муж тормошит меня за плечо. Его прикосновение несколько грубоватое. Он словно хочет побыстрее вытрясти из меня информацию.
Молча, подрагивающей рукой протягиваю ему бумаги, которые дала мне доктор.
-Что это? – его взгляд мечется по тексту на белых листах.
Я замираю в ожидании. Каждая секунда сводит меня с ума.
-Что это? – снова повторяет он, ничего не понимая.
-Это?… Это гонорея.
-Что??? – его нервный возглас, заполнивший, кажется, всё помещение, заставляет меня закрыть в ужасе глаза. – Как это понимать???
Собравшись с духом, открываю глаза и испытующе смотрю на мужа. Он в ярости. В его взгляде молнии. И эти молнии летят четко в меня.
-Как это понимать? – с горечью переспрашиваю я. – Так и понимать, дорогой. Я больна гонореей.
-Я осознал, что ты сказала, - сквозь зубы выплескивает он свое недовольство. – Потому и спрашиваю тебя: как это понимать? Где ты подцепила эту заразу?
-Есть только один вариант, - я отлипаю от стены и, выпрямившись, словно у меня вместо позвоночника жердь, смотрю Володе прямо в глаза. – Эту заразу я могла подцепить только от тебя!
-Да как ты смеешь… - его рука в мгновение ока с силой опускается на стену возле моей головы.











