Изменил муж? Прокляну!

Испугался, что подцепил что от любимой

Булочки.

— Нютик, это…

Антоша весь взмок. Глядит на меня с ужасом, а врать-то не получается дальше.

— Позднее у тебя перестал орган работать, на Булочку реагировать ну никак ему не хотелось из-за

моего защитного заклинания. А вот дома всё было в порядке, даже слишком бодро, чем тебе

хотелось бы, учитывая мою инициацию. Ты рассчитывал, что выпустишь жар с Булкой, да не

получалось никак. Перестаёт орган оплодотворения работать и слушать своего хозяина, потому

что проклятие на нём наложено сильное за измены. Того и гляди, в руке останется в один

прекрасный момент, как и бросила бабуля напоследок.

— А можно с этим что-то сделать? Как-то обратить проклятие? — пищит Антон противным

голоском.

— То есть ты не отрицаешь тот факт, что изменял своей жене? — возмущается свекровь, отбрасывая вилку в сторону."

"— Что уж греха таить, если всё раскрылось? Было дело по дурости. Анечка, это было всего

несколько раз. Бес в ребро ударил, уколол. Я не знаю, как это назвать.

Любимка, может, это для пробуждения твоего дара нужно? Как мне искупить свою вину перед

тобой? Я же тебя одну люблю!

Ух ты как запел-то, соловушка!

Может, ещё сейчас на коленях ползать начнёт?

— Собственно говоря, мы переходим к той части, когда я собиралась сделать подарок. Мама, официально заявляю, что возвращаю вам блудливого сына. Можете делать с ним, что хотите, искать ему подходящую на ваш взгляд невесту и устраивать его жизнь так, как вам этого хочется, ведь простить такое я уже не смогу.

Антон сам признал, что изменял мне. Забирайте и делайте всё, что придёт вам в голову. Все его

вещи уже упакованы в чемоданы. Бантик, простите, не успела привязать на его бедовую

головушку.

— Ань, погоди! Ты просто вот так бросишь меня? Сломаешь всё, что между нами выстроилось? У

тебя ничего не дрогнет внутри?

— А должно? — удивлённо спрашиваю я.

Глаза буквально ползут на лоб от его интонации.

Мне надо было простить его, признать себя официально помойкой, готовой принимать его после

всего?

— Анечка, мы же любим друг друга. С Булочкой.. тьфу... в общем, это было несерьёзно. Просто

расслабиться. Я же с женщинами на работе работаю, обнажёнными, вот и накапливается, но я

ведь никогда даже не думал, чтобы... Ань, я не могу тебя вот так потерять. А как же твоё

проклятие? Оно теперь со мной навсегда останется?

— Как останется, так останется, — пожимаю плечами я. — Я-то здесь при чём?

— Ты ведь его наложила.

Не меня Антосик боится потерять, а место, которое уже не пришьёт. А если и пришьет, то не факт, что пользоваться им сможет.

— Если осознаешь свою вину, искренне раскаешься, то... может, и исчезнет это проклятие, да вот

сильно постараться тебе придётся, а сейчас забирай чемоданы и уходи. Иначе я вызову полицию.