К тебе через Туманы

Медленно пройдя пару шагов, он устало уселся на поваленные доски, заготовленные для колки на дрова и, обхватив руками голову, уставился куда-то вперед. Вот так он и сидел, не реагируя ни на что. Где-то внутри меня шевельнулась совесть, а может и жалость. Не знаю почему, но мне тяжело было смотреть на этого, несомненно, сильного мужчину, когда он вот так вот расстроен, и при этом знать, что всему виною я.

Но вот стоило очнуться моему женскому состраданию, как к брату подошел гер Каил, пара каких-то фраз и прямо на моих глазах вардиган подскочил и, пнув бревна, на которых сидел так, что они раскатились по всему двору, зычно проорал:

-Найду ее и придушу!

Все, моя совесть снова скрылась в недрах души, жалость умолкла и сделала вид, что ее и вовсе не существует.

Кому я тут сострадала только что? Вот этому психованному монстру. Ничего, переживет мою потерю как-нибудь, в следующий раз с потенциальной избранной будет повежливее. А я уж как-нибудь свое счастье построю с мужчиной попроще, где-нибудь подальше.

Отряд разбрелся. Но спустя каких-то полчаса, а может чуть больше, появился новый во главе с гер Кайлом и ускакал прочь.

Неужели еще не успокоились. Столько шуму из-за меня одной. Ну ничего, я тут подожду, тут хорошо, тепло и компания пушистая. А еще морковкой кормят.

Стемнело быстро, с неба снова посыпался снег, укутывая все вокруг белым мягким одеялом. Отряд гера Кайла вернулся, а вард Вульфрик ускакал со своими людьми. Хотелось кушать. На кухне сейчас Каира мясо жарит с салатом и хлеб там вкусный, с хрустящей корочкой. А я так и не научилась его печь. Жаль, что прожила я тут так мало, мне понравились и люди, живущие тут, и работа.

Надо было объявиться этому вардигану и все испортить.

Второй день прошел так же. Только с утра покормить не забыли. Меня искали с утроенным энтузиазмом. И на следующий день так же. Сидеть было уже в тягость. К тому же на улице заметно холодало, и если у Харама шкура была толстой и меховой, то я таким богатством похвастать не могла. Надо выбираться.

Глава 16

Наутро четвертого дня, накинув на голову капюшон, я вышла во двор. Утро было ранее, и очередной отряд уехал примерно с час назад. Все были рассеянными и уставшими. Измотали их варды. Вот и стражники у ворот, то и дело опасливо оглядываясь, прислонялись плечом к забору и дремали.

Я кралась вдоль стен строений, миновала конюшню и казармы никем не примеченная.

Но вот как выйти.

Стоя и наблюдая за охраной, я пропустила появления Гласы. Эта склочная баба узрела спящих мужчин и пошла в бой. Орала она знатно. Уперев руки в пышные бока, эта змеюка методично проходилась бранью то по одному мужику, то по второму. Воины зыркали на нее ну очень недобрыми взглядами, но сохраняя свое достоинство, молчали.